Фантастика века

Том `Фантастика века` дает наиболее полную картину развития самого удивительного и бурно развивающегося жанра за последние сто лет. Именно в XX веке сформировался тот образ фантастического произведения, который нашел столько почитателей во всем мире. Среди авторов сборника Г. Уэллс, К. Чапек, А. Азимов, А. Кларк, Ст. Лем, А. и Б. Стругацкие и другие.
Авторы Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий, Вл. Гаков, Герберт Джордж Уэллс, Франц Кафка, Карел Чапек, Михаил Булгаков, Айзек Азимов, Роберт Энсон Хайнлайн, Альфред Элтон Ван Вогт, Рэй Дуглас Брэдбери, Артур Кларк, Джон Уиндем, Клиффорд Дональд Саймак, Теодор Старджон, Альфред Бестер, Фриц Лейбер, Генри Каттнер, Кэтрин Мур, Пол Уильям Андерсон, Фредерик Пол, Гарри Гаррисон, Роберт Шекли, Кобо Абэ, Пьер Буль, Станислав Лем, Хорхе Луис Борхес, Иван Ефремов, Генрих Альтов, Владимир Михайлов, Илья Варшавский, Дмитрий Биленкин, Геннадий Гор, Джеймс Грэм Баллард, Урсула Кребер Ле Гуин, Ларри Нивен, Филип Киндред Дик, Курт Воннегут, Роджер Желязны, Роберт Сильверберг, Эдуард Геворкян, Владимир Покровский, Вячеслав Рыбаков, Павел Амнуэль, Автор не указан
Перевод Юлий Кагарлицкий, Н. Кранихфельд, Соломон Апт, Н. Аросева, Алексей Иорданский, Вениамин Кан, Феликс Мендельсон, Лев Жданов, Татьяна Гинзбург, Аза Ставинская, Екатерина Короткова, Дмитрий Арсеньев, Владимир Скороденко, Вениамин Голант, Р. Ровинский, Наталья Евдокимова, Владимир Гривнин, Виталий Котляр, Игорь Левшин, Валентина Кулагина-Ярцева, Владимир Баканов, Нора Галь, Олег Битов, Михаил Загот, Наталья Магнат
Издательство Полифакт
Серия Итоги века. Взгляд из России
Язык русский
Год выпуска 1995
ISBN 985-6107-04-0
Тираж 12000
Переплёт Суперобложка
Количество страниц 624
Код товара 9789856107040
Тип издания Антология
Составитель Вл. Гаков
Жанр Статья, Рассказ, Повесть, Справочные Материалы
1249
Магазин »
Нет в наличии
с 22 декабря 2017
В других магазинах:
История изменения цены:
Средний отзыв:
4
Фантастика века
/ Ozon.ru
5 5

Каюсь, каюсь, каюсь! Даже "Мастер и Маргарита" Не произвели на меня такого впечатления, как "Роковые яйца". Вот, если только, "Собачье сердце". Там я тоже выла от восторга и без конца перечитывала какие-то строки.
А может быть дело в том, что это именно та редкая фантастика, которая доходит до меня и просто пленяет. Ну ведь до невозможности прекрасно!
Хотя и жутко. Как представлю себе крокодила-мутанта в соседнем лесочке или монстра-анаконду, выглядывающую из чахлого кустика — оторопь берёт!
В Подмосковье такое?! Да-да-да. И не только в Подмосковье.
Но весь этот ужас и страшный финал — всё это только будет. А сначала был симпатичный профессор Персиков (ах, фамилия-то какая!), было научное открытие, был красный луч (говорят, что про коммунизм и я в это верю, но думаю, что это не так) и всякие нехорошие бюрократы, которые не просто загубили нечто ценное, а ещё и привели всё к катастрофе (вот тут даже спорить не буду — они это умеют!).
Влюбилась в книгу. Хотя и были в ней неприятные моменты. И жестокость была.
Но как же здорово, когда писатель может быть таким разным и замечательным. Булгаков — может!

Фантастика века
/ Ozon.ru
4 5

Как же я боялась начинать читать эту повесть. И не только эту, но вообще любую книгу братьев Стругацких. Мое первое знакомство с творчеством советских фантастов прошло крайне неудачно. Меня чуть не стошнило от книги, которую я выбрала просто наобум - "Понедельник начинается в субботу". Мне казалось, что если я начну с чего-то попроще, мне будет легче втянуться в творчество писателей. Я ошиблась и отбила себе всякое желание дальше читать книги Стругацких. И наверное, так я бы даже и не пыталась попробовать почитать что-то ещё, если бы не совет от друзей и подписчиков. Из двух посоветованных книг я выбрала эту, просто потому, что на момент приобретения книг для чтения в рамках флэшмоба, только эта была в продаже (сегодня я уже решила приобрести и вторую книгу "Отель "У погибшего альпиниста").

Конечно, полностью снять с себя напряжение при чтении Стругацких мне не удалось, но благодаря небольшому объему, интересному сюжету и конечно же концепции, я пришла к такому состоянию, что готова прочитать что-то ещё у авторов, не навешивая ярлыки и не испытывая жуткого дискомфорта. В первую очередь мне понравилась герметичность повести. Меня поразила способность авторов написать фантастическое произведение, в котором действие не выходит за пределы одного дома, да и к тому же ничего фантастического на самом деле не происходит. А всё-таки это фантастика.

С главный героем повести физиком Маляновым с самого утра начинают происходить странные вещи: то из стола заказов приносят разные вкусняшки и несколько бутылок алкоголя, причем все уже оплачено; затем приходит красавица - школьная подруга жены со странной запиской принять ее "как надо". Затем приходит сосед - полковник, который занимается какими-то секретными разработками, и ведёт он себя в гостях крайне подозрительно. Да ещё и названивает приятель Валька, тоже между прочим учёный, и верещит о том, что теперь уже поздно! А что поздно, Малянов не понимает. И все эти странные события не дают ему сделать самого главного - закончить свою работу, а ведь осталось-то дописать всего чуть-чуть, но ему постоянно что-то или кто-то мешает. Очень скоро выясняется, что он не один такой. Уже несколько человек, учёных в разных областях, подверглись таким "атакам". Кто или что не хочет завершения исследований?

Как я уже сказала, мне повесть понравилась. Не смотря на кажущуюся простоту, в ней есть глубина, и на самом деле есть потом, над чем порассуждать на досуге. Я очень рада, что прочитала эту книгу, и теперь уверена в том, что могу позволить себе читать у Стругацких что-то ещё.

На фото кард из одноименного спектакля по повести.

Фантастика века
/ Ozon.ru
4 5
Лягушка тяжело шевельнула головой, и в её потухших глазах были явственны слова: "сволочи вы, вот что..."

Гениальный и эксцентричный профессор-зоолог Владимир Ипатьевич Персиков случайно обнаруживает удивительный феномен стимулирующего воздействия света красной части спектра на эмбрионы — организмы, в момент развития облученные открытым Персиковым лучом (например, зародыши в икринках), начинают развиваться гораздо быстрее и достигают более крупных размеров, чем «оригиналы». Кроме того, они отличаются агрессивностью и невероятной способностью стремительно размножаться.

— В мое время, — заговорил выпускающий, хихикая жирно, — когда я работал у Вани Сытина в «Русском слове», допивались до слонов. Это верно. А теперь, стало быть, до страусов.

Как раз в то время по всей стране прокатился куриный мор, и глава совхоза «Красный луч» Александр Семенович Рокк решает использовать открытие Персикова для восстановления поголовья кур. Согласно приказу свыше Рокк забирает у Персикова камеры-облучатели, с которыми профессор проводил опыты, и увозит их в совхоз. Рокк заказывает за границей яйца кур, а Персиков — яйца змей, крокодилов и страусов (для опытов). Но в результате ошибки заказ Персикова присылают Рокку.

Человек, борющийся за своё существование, способен на блестящие поступки.

Увидев на доставленных «куриных» яйцах «какую-то грязюку», Рокк звонит Персикову, но профессор думает, что это ошибка («грязюки» на яйцах быть не может), а потому разрешил Рокку не мыть их. Рокк начинает облучение яиц, но скоро из оранжереи с яйцами сбегают двое вылупившихся зародышей, и на следующий день Рокк, захотевший искупаться в пруду, видит там огромную змею. Змея убивает жену Рокка Маню, а самому Рокку удаётся сбежать.

- Я не читаю газет, - ответил Персиков и насупился.
- Но почему же, профессор? - нежно спросил Альфред.
- Потому что они чепуху какую-то пишут, - не задумываясь, ответил Персиков.

На следующее утро он добирается до железнодорожной станции Дугино, находящейся в 20 верстах от совхоза. Там он встречает агентов ГПУ и рассказывает о случившемся. Чекисты не верят ему, но едут в совхоз, прихватив оружие. Сам Рокк уезжает на поезде в Москву. Приехав в совхоз, агенты Щукин и Полайтис не обнаруживают там людей. Лишь заглянув внутрь оранжереи, они видят гигантских змей, крокодилов и страусов и гибнут в неравной схватке с ними.

Скорбная попадья, приложившаяся к кресту, густо смочила канареечный рваный рубль слезами и вручила его отцу Сергию, на что тот, вздыая, заметил что-то насчет того, что вот, мол, господь прогневался на нас. Вид при этом у отца Сергия был такой, что он прекрасно знает, почему именно прогневался господь, но только не скажет.

Персиков, готовый к опытам, получает куриные яйца. Профессор возмущен этой ошибкой, и в этот момент его помощник доцент Иванов показывает ему «экстренное приложение» к свежему номеру газеты, где на фотографии изображена громадных размеров анаконда… из Смоленской губернии! Персиков понимает, что произошла чудовищная ошибка — куриные яйца прислали ему, а змеиные — Рокку в совхоз. За «грязюку» Рокк принимал сетчатый рисунок на змеиных яйцах. Змеи, крокодилы и страусы беспрестанно размножаются; их полчища, уничтожая всё на своем пути, движутся вперёд, к Москве.

Фантастика века
/ Ozon.ru
4 5

Страшно. До жути...
Раз и на землю опустилась лютая зима. И не спрятаться, не скрыться... И не спастись...Никому... И человек понял, что он последний человек на этой земле.

Мы всегда превыше всего ценили мир, говорил человек в экране энергично и уверенно. Если нам понадобится ещё пятьдесят ракет, мы развернем все пятьдесят, и никто нам не помешает. Мы руководствуемся только своими интересами и своей безопасностью. Вашей безопасностью! Мы не устаём бороться за мир с оружием в руках везде, где этого требуют жизненные интересы нашей страны.

А человек так ждал, что его дочка произнесет слово "папа"...Не дождался...

Фантастика века
/ Ozon.ru
5 5

Мы всегда превыше всего ценили мир, говорил человек в экране энергично и уверенно. Если нам понадобится ещё пятьдесят ракет, мы развернем все пятьдесят, и никто нам не помешает. Мы руководствуемся только своими интересами и своей безопасностью. Вашей безопасностью! Мы не устаём бороться за мир с оружием в руках везде, где этого требуют жизненные интересы нашей страны.

Взрываются бомбы, стрекочут автоматные очереди, танки сминают нежную зелень травы, стволы деревьев торчат белыми косточками переломов, обрываются человеческие жизни, вокруг стоны, боль, кровь, потери и бессилие перед уничтожающей силой оружия. Перед бесчеловечной силой интересов глав государств. Человеческая жизнь так хрупка, так легко ее прервать. А личные потери невосполнимы. Ради чего стоит жить? Ради чего мы живем? Неужели ради той материальной чепухи что нас окружает? Вы не замечали что и мы сами становимся похожи на вылетающие пули? Когда обижаем, когда пытаемся доказать свою правоту, доказать, доказать. Кому? Зачем? Все прерывается легко. И уже ничто не имеет значения. Кроме одного. Не вернуть. Никого не вернуть. Один взрыв. Одна бомба и ничего.

Мы не устаём бороться за мир с оружием в руках везде, где этого требуют жизненные интересы нашей страны.

На десяти страницах весь смысл человеческой жизни, прах и тлен ее. На десяти страницах бессилие человека перед оружием. Строчки, которые взрываются огненным шаром внутри и выжигают внутренности. Больно. Страшно. Невыносимо. Тяжело. Мучительно. Хрупко. Теплое молоко с привкусом горечи снотворных таблеток. Закутать её плотнее. Её первое слово мама. Где мама? Он так хотел услышать папа. Но горький вкус звезды полыни на губах. Вокруг осколки бетона, стекла, радиация, изуродованная земля, крупинки снега кружатся в зараженном воздухе. Где она? Как же дальше жить? Стоит ли дальше жить?

Мы не устаём бороться за мир с оружием в руках везде, где этого требуют жизненные интересы нашей страны.

Растереть, отогреть окоченевшее тело, сдирая до крови нежную кожу. Я тебя отогрею. И огненный шар внутри взрывается тысячами огненных язычков.
Какой там Кормак Маккарти, какая там ''Дорога''. На десяти страницах весь смысл человеческой жизни, прах и тлен ее. На десяти страницах бессилие человека перед оружием. Никакой дороги потом не будет. Будет страшная тоска, разрывающая все внутри. И потери. Бесконечные потери, которые не вернуть и не отогреть.

Мы не устаём бороться за мир с оружием в руках везде, где этого требуют жизненные интересы нашей страны.

Никакой дороги потом не будет.

Фантастика века
/ Ozon.ru
5 5

Когда мы – после очередных ли новостей с образовательного фронта, очередного ли дня общения с нынешними абитуриентами, под впечатлением ли от разговоров школьников за соседним столом в кафе – когда мы в сотый раз обсуждали, как будем воспитывать в своих детях разумное, доброе, вечное, кто-то говорил: увезу подальше! кто-то: домашнее образование! Я сидела-сидела и в конце концов сказала, что мои вот дети, пожалуй, будут расти на Стругацких. Может быть, это звучит патетично, но ведь правда: способ действенный, мягкий, не требует предварительного застирывания. Идеальный. В моей вселенной если человек любит АБ – это хороший человек. Мне так кажется. Я в это свято верю.

***

Все Стругацкие – это наше прошлое, будущее и настоящее. Сейчас о последнем: о нашем настоящем настоящем (real present).

«Одно из самых необычных произведений братьев Стругацких» (как написано в аннотации) – «За миллиард лет до конца света» – просто рассказ не о двадцать энном веке, сложных человеческих организациях и космосе, а о нашем несчастном веке двадцатом. Том, что потихоньку доживает себя. В остальном всё классическое прекрасное: отсылка к обыденной действительности, отсылка к серьезному философскому, Выбор Героя. Совершенно очевидный и совершенно невидимый фактически диалог с уважаемым читателем. (Кстати. Может быть, это одна из тех вещей, что создают невыразимую прекрасность АБ, – их уважительное отношение к читателю? Надо подумать об этом.)

Стругацкие снова говорят об одном и обо всём. Простая история: странные события пришлось пережить одному умному научному сотруднику одного советского института; что это – сверхцивилизация следит, чтобы человечество не напридумывало лишнего? теория заговора в действии? или закон сохранения энергии это не только про Е кинетическое и Е потенциальное? И что делать дальше. Но эта простая история наклеена на какой-то бесконечный смысловой фон. Ну или она написана какими-то волшебными переливающимися всеми смыслами чернилами. Тут какие угодно вообще метафоры придумывай, суть не меняется: очередная книга – и очередной учебник жизни и руководство «Как стать Человеком». И всё так ненавязчиво.

Так вот настоящее настоящее. За миллиард лет до конца света – это сейчас. Это ведь мы: я, ты. Хотя слишком часто кажется, что этот, у Стругацких, мир – лучший, параллельный, в нём люди чувствуют, думают, говорят и вообще живут по-другому (нет ужаса и пошлости), но я знаю, это не так. Свято в это верю. Малянов – «инженер на сотню рублей», у него есть жена, сын и кот, и друзья; он наш, наш! Из соседнего подъезда! Работает в моём университете. Мы иногда встречаемся в магазине вечером. Свято в это верю – «иначе жить, наверное, было б незачем».


***
На самом-то деле раз от раза о Мастерах в целом и о Стругацих в частности я говорю одно и то же: что великая литература – это мы и это наше всё. Раз от раза сумбурно публикую какие-то просто размышления на тему. Раз от раза я просто ПРИЗНАЮСЬ В ЛЮБВИ, но что делать – я во всё это свято верю :)