Перси Биши Шелли. Стихотворения. Поэмы. Драмы. Философские этюды

Автор
Издательство Рипол Классик
Перевод Борис Пастернак , Борис Гиленсон , Вильгельм Левик , Самуил Маршак , Константин Бальмонт , Александр Големба , Владимир Микушевич , Зинаида Александрова , Владимир Рогов , Борис Томашевский , Виктор Топоров , Всеволод Рождественский , Алла Шарапова , Али Ибрагимов , Алексей Парин , Р. Березкина , А. Кочетков , А. Големб , Александра Спаль , Г. Симанович , Б. Дубинин , В. Меркурьева , К. Чемен , А. Спаль
Иллюстратор М. Афанасьева
Серия Бессмертная библиотека
Язык русский
Год 2001
ISBN 5-7905-0113-3
Тираж 20000
Переплёт Твердый переплет
Количество страниц 800
Штрихкод 9785815902091
Вид издания Букинистическое издание
Сохранность Хорошая
Тип издания Авторский сборник
Жанр Статья, Стихи, Пьеса, Комментарии, Предисловие
960
Обложка: Твердый переплет
История цены:
Средний отзыв:
3.8
* * * * *
Перси Биши Шелли. Стихотворения. Поэмы. Драмы. Философские этюды
5 5
* * * * *

и тут Заратустра взглянул вверх, потому что услышал над собой пронзительный птичий крик. И что же! Описывая широкие круги, парил в небе орёл и нёс змею, но не так, как носят добычу: змея обвивалась вокруг шеи его, словно подруга.

«Это звери мои!» — сказал Заратустра и возрадовался в сердце своем.

Опаснее мне быть среди людей, чем среди зверей, опасными путями ходит Заратустра. Пусть же ведут меня звери мои!

(Ницше. "Так говорил Заратустра")

Данные строки Ницше имеют непосредственное отношение к поэме Шелли, ибо в самом её начале девушка наблюдает как в грозовом рассветном небе борются змея и орёл, но девушка, ещё не понимая смысла происходящего, переживает за орла, но мгновением позже, когда раненая змея падает в море и девушка нежно прижимает змею к своей обнажённой груди - сокровенный образ Шелли : разум сердца, - всё проясняется, ибо однажды, инфернальное и мудрое, пало с небес на землю словно утренняя звезда и светлый демон, и миром во мраке стал править сон разума, порождающий чудовищ - сон сердца, предшествуя сну разума, допускает насилие над разумом, - и всё подлинно доброе, светлое, стремящееся к познанию и любви, стало пресмыкаться подобно змее, а зло, нацепив на себя маску добра, стало торжествовать.

Сам Ницше, в своей юности любивший пылкие, свободолюбивые судьбы Шелли и Байрона, позже к ним охладел, говоря о том, что "раса Шелли" ( ах! при словах "раса Шелли" вспыхивает видение какой-то сиреневой далёкой звезды, населённой райскими, полупрозрачными крылатыми существами), невозможна на Земле, ибо необычность таких людей обречена на смерть в холодном и тёмном климате законов общества.
Ницше пришёл к идее ниспровержения морали и возвышения чувства жизни, как воли к власти в неких сверхчеловеках, сокрушающих всё то, всех тех, кто противится этому, тем самым приближаясь к образу Великого Инквизитора Достоевского, но сбросившего, словно в конце Мастера и Маргариты свои кроткие одежды, и расправив широкие и тёмные крылья демона, ибо голосом демона говорил Инквизитор в самом конце своей властной речи с Христом.
У Шелли, при его "ницшеанском" ниспровержении морали и бога - вот только Шелли перестраховался, сделав бога и мораль : жизнью, ибо как и для Камю, для Шелли "жизнь и есть мораль. Кто всего не отдаёт, всего и не получит", чувство полноты жизни выразилось в воле к... любви, и лишь в этом смысле, с другого берега мысли, Шелли близок мысли Ницше о том, что "всё, что делается из любви, совершается по ту сторону добра и зла.

Дальше...

Перси Биши Шелли. Стихотворения. Поэмы. Драмы. Философские этюды
5 5
* * * * *

Давно собиралась прочитать "Возмущение ислама", но вот руки не доходили. Поэма не оправдала моих ожиданий, точнее, не до конца оправдала. Мало сюжета и любовной линии, много философии и аллегорий. Доминирует гражданская тематика (причем и здесь, и просто в стихотворениях).
Хотя некоторые строки более чем проникновенны:
"Простор сияньем звездным зажигался,
Я знала, это он светло смеялся."

Или из "Стансов":
""Не удерживай друга напрасно.
Ночь так явственно шепчет:"Иди!"
В час разлуки замедли рыданья.
Будет время для слез. Погоди."
и т.д.

из поэтов-современников Шелли по духу ближе, конечно, Байрону, нежели Кольриджу, отсюда и темы борьбы за свободу (а еще у него была трудная жизнь, "полная лишений и выгоняний")
порой слышатся мотивы Гейне и Шиллера:
"Поэты старых дней бледнели -
Теперь всевластна мощь твоя,
Лучистым блеском бытия,
Дрожа, прониклись миллионы;
Природа, Бог, Любовь, Восторг..."

здесь же и Лермонтов:)