Епархиалки

В книге впервые собранных вместе воспоминаний о такой закрытой и в силу этого малоизвестной среде, как женские епархиальные училища, показаны различные стороны их жизни: учеба, дружба и любовь воспитанниц, их отношения с преподавателями, развлечения и проступки, одежда и питание. В книге представлены воспоминания и дневники девушек из Архангельского, Калужского, Орловского, Рязанского, Ярославского, Царскосельского и других училищ.

Издательство Новое литературное обозрение
Язык русский
Год 2011
ISBN 978-5-86793-895-6
Тираж 1000
Переплёт Твердый переплет
Количество страниц 320
Тип носителя Печатная книга
Тип упаковки Целлофановый конверт
Мелованная бумага false
Цветные иллюстрации false
Размер упаковки (Длина х Ширина х Высота) , см
Эпоха публикации Современные издания
Название Епархиалки
Поисковое название Епархиалки. Воспоминания воспитанниц женских епархиальных училищ
Тип издания Отдельное издание
Основной жанр книги Биографии, мемуары
Направления нехудожественной литературы Биографии, мемуары
Тип книги Печатная книга
Эпоха публикации Современные издания
281
Дата обновления
30 ноября 2019
История цены:
Средний отзыв:
4.7
* * * * *
Епархиалки
5 5
* * * * *

"Эти барышни так похожи на смолянок!" - думала я всякий раз, когда мне попадались фотографии воспитанниц женских епархиальных училищ. И действительно, со смолянками у этих девушек очень много общего. Все закрытые девичьи школы немного похожи друг на друга своим укладом и строгой дисциплиной. А еще епархиалки внешне похожи на воспитанниц институтов: форменные платья, белые пелеринки, рукава, передники, собранные в тугие косички и пучки волосы... Но на этом сходства со Смольным и другими институтами завершаются.

Благородных девиц воспитывали для светской жизни, общения в высшем обществе, служения при дворе, роли жены офицера или высокопоставленного чиновника, хозяйки усадьбы, на худой конец - для роли гувернантки в богатом доме.

Епархиалок набирали из семей духовенства, часто в епархиальные училища попадали девочки из семей бедных деревенских священников или сироты. И готовили их к супружеству со священником и жизни в уездных (очень часто - в сельских) приходах. Здесь не нужны были иностранные языки, танцы и музыка, их епархиалкам не преподавали вовсе, либо преподавали, но в порядке исключения и за отдельную плату. Девочки по окончании таких училищ должны были уметь экономно вести скромное домашнее хозяйство, шить необходимые в обиходе священнослужителя вещи, знать родную грамоту, литературу духовного содержания, церковную службу и песнопения.

На страницах этого сборника сами воспитанницы рассказывают о жизни епархиальных училищ различных городов Российской империи. Воспоминания и дневники дают живую картину и позволяют прочувствовать атмосферу этих учебных заведений в полной мере, так что завершающая книгу повесть "Епархиалки" уже кажется несколько нудной.

Епархиалки
3 5
* * * * *

Воспитанников балетной школы при Парижской Опере традиционно называют "les petits rats" (дословно - "маленькие крыски"). Девочек же из русских епархиальных училищ мне все время хотелось окрестить "мышками"...

Такое чувство, что вместо религиозности и здорового аскетизма, действительно необходимых женам священников, этим девушкам прививали ханжество, предварительно лишив половину из них любых проявлений индивидуальности. По меркам моего любимого XIX века это почти что "гопницы";)

В процессе чтения я с трудом могла отличить одни воспоминания от других! У тех же институток в мемуарах всегда чувствуется характер. Здесь же я не увидела ничего, кроме мещанской серости и бесконечных рассуждений о казенной кормежке.

Тот случай, когда книга содержит ценный материал, но читать ее невыносимо скучно. Спасибо составителям, а вот сами епархиалки меня разочаровали.

P.s. Гораздо инетерснее, чем в прилагающейся к сборнику повести, похожая трехклассная школа (в каждом классе учились по два года, итого 6 лет) с уклонос по рукоделию и церковным предметом описана в книге Л.Чарской "Приютки".

Епархиалки
5 5
* * * * *

Признаться, до прочтения этой книги я плохо представляла себе специфику женских епархиальных училищ. Собственно, только из длинного, обстоятельного предисловия узнала я о том, что эти учебные заведения готовили будущих жен для священников. Поэтому и основной контингент его учениц составляли дочери духовенства разных уровней: от деревенских причетников до настоятелей соборов.
Вышеуказанное предисловие несколько раз делает упор на то, как сильно отличались епархиальные училища от "институтов благородных девиц". Тем не менее, когда начинаешь читать непосредственные воспоминания учениц, из прошлого звучат голоса все тех же девочек-подростков с их радостями и горестями, невыученными уроками и порой непростыми взаимоотношениями, любовью к преподавателям и нелюбовью к классным дамам...
Кстати, только из этого сборника узнала я о том, что в одном из епархиальных училищ - в Калуге - преподавал физику и математику Константин Циолковский. И о том, что у него не было университетского диплома - гений был самоучкой!
Очень интересные, живые воспоминания собраны в этой книге.

Епархиалки
5 5
* * * * *

Женское образование! Как много в этом звуке... Вроде бы ещё недавно само собой разумелось, что право на семинары, коллоквиумы, сессию (только сейчас начинаю осознавать, какое благозвучное слово "сессия"...) и защиту диплома, что, в общем, есть право на пять-шесть лет самообучения за государственный счёт, не зависит от конфигурации половых органов, а вот поди ж ты. Снова раздаются голоса в защиту духовно-нравственных основ, семейных ценностей, внедрения в общеобразовательную систему религиозных традиций. Ведь без сопромата не погибнешь, а без духовности-матушки пропало дело. Вот пишет монахиня Нина (Крыгина), в миру кандидат психологических наук: "Современной Еве предлагается перевёрнутая система ценностей. Вместо подчинения мужу и помощи ему - горделивое, самодовольное равенство с ним (а на деле - нередко стремление к главенству над ним). Вместо рождения и воспитания детей... - безудержное желание заняться личностным и профессиональным самореализацией, которое при более пристальном рассмотрении чаще всего оказывается примитивным эгоистичным желанием пожить для себя."
...личностным и профессиональным самореализацией, которое... Чей туфля?! Моё. Но недостойно глумиться над бывшим профессором, тем более что бывший профессор - это как бывший медведь. А вот неплохо бы выяснить, как сама церковь воспитывала девиц духовного звания.
До 40- годов XIX века несоответствие образовательных стандартов в церковной среде как-то и не воспринималась проблемой. Считалось абсолютно нормальным, когда священник - ведущий культуртрегер и интеллектуал округи, а его супруга... что ей собственный папа преподал в свободное время, то и знает. Чаще всего вакуум: грамоте не разумеет, крестиком расписывается. Если бы Надежда и Елизавета Шиповы не создали проект, а Ольга, сестра царя Николая, этот проект не лоббировала, кто знает, как повернулось бы дело. Естественно, за образец взяли институты благородных девиц. Естественно, всякие там языки-музыки и прочие дворянские предметы вроде бальных танцев были вычеркнуты из программы - зачем это деревенской попадье или дьяконице?
А что нужно в деревне? Основы медицины? Забудьте! Ведь медицина предполагает знание хотя бы основ анатомии, а изучение анатомии нецеломудренно, постыдно для юной девушки. Выпускница епархиального училища сообщает, чем лечатся в деревне: "толчёный кирпич в водке - от поноса, у одного выходила кишка на полпальца - ему тоже закапали толчёный кирпич, от грыжи - ртуть пить грудному ребёнку, или пустить живого мышонка на грыжу - он её должен откусить..." И самой хоть кирпич пей. Радея о непорочности, при ученицах и не произносили слов "роды", "выкидыш", "понос". Уходу за скотом? Опомнитесь! Девственница - и вдруг будет заучивать, когда водить коров на случку или как быть, если свинья поросится... Кройке и шитью? Побойтесь Бога! Как это чистая дева будет учиться шить мужские штаны или подрясник?! Ещё скажите: кальсоны. Епархиалки худо-бедно обшивали сами себя, иногда осваивали вязание, а всего чаще - вышивали, так как детские ручонки считались самыми подходящими для тонкой работы. Этими вышивками потом одаривали друг друга жёны высшего духовенства и чиновничества. В маленьких вышивальщицах воспитывали бескорыстие, никогда не оплачивали их труд.
История с географией вырождались в проформу, математика с геометрией - в тупую механическую зубрёжку: "Нумерация - это та часть арифметики, в которой излагаются правила для изображения чисел знаком или для их выговаривания", а цифры потом. Учителя-мужчины епархиалок ни в грош не ставили, относились с брезгливой жалостью. Художественную литературу читать не позволяли: опасно для невинности. Прогулки и игры на свежем воздухе всячески урезались, и дети жили в училище, как боярышни в тереме, безвыходно. Сколько-нибудь вменяемо обучали: Закону Божию, русскому языку и... пению. В храме петь-то и регентовать надо.
Полуголодный паёк, недосып - пост и молитва превыше всего. Безобразная одежда, разваливающаяся обувь - женщина должна расти скромной и несуетной. О медицинской помощи я вообще молчу, ибо тошно. Разлука с родителями, братьями и сёстрами, полная социальная изоляция хуже монастыря, уродливое "обожание" пополам с ябедничеством, ханжество:

Ропот между воспитанницами почитается величайшим грехом.
- Роптала на начальницу. Роптала на наставниц. Роптала на учителей. Ленилась учить уроки и т.п.
- Господи! Сорок грехов! Этакая страсть! Экие мы грешницы!
- А у начальницы так поди ни одного греха...


Я понимаю: не всякий сохранил добрые воспоминания о советской и послесоветской школе. Но стоит вообразить себя в обстановке такого псевдоучилища, как волосы на голове начинают шевелиться. Более-менее скрашивали епархиальный быт преподаватели-бессребреники вроде К.Э. Циолковского и толковые ученицы, которые помогали своим более слабым подругам. Но в общем и целом - слёзы. Ах, нравственность, ох, целомудрие, а на таблицу умножения плевать-плевать, Пифагор не православный.

...Каково должно быть содержание образовательного процесса, чтобы ребенок радовал родителей добротой, послушанием, трудолюбием, смирением? Какие условия необходимо создать, чтобы ребенок правильно развивался, чтобы в нем не угасала духовная жизнь, пробужденная в семье, чтобы он освоил начала наук, познал родную и мировую культуру, чтобы он был патриотом своей Родины, готовым в трудную минуту живот свой за нее положить?.. Если мы попытаемся создать такую школу, то неминуемо придем к школе, основанной на православных традициях. Другого пути нет.
Иеромонах Георгий (Шестун), 2001 год


Что ждёт наших дочерей?

Епархиалки
4 5
* * * * *

Мне всегда нравились художественные книги об институтах благородных девиц, пансионах, интернатах, поэтому не поленилась съездить в библиотеку за этой книгой. Ведь одно дело - художественная, и совсем другое - историческая!

Книга состоит из дневников епархиалок и воспоминаний взрослых воспитанниц духовных училищ. Описанные училища похожи друг на друга примерно одинаковым строгим распорядком дня, изучаемыми предметами. Где-то прогулки были раз в несколько дней, где-то - раз в две-три недели; кормили епархиалок где-то получше, где-то похуже, но в целом довольно скудно и, естественно, соблюдались посты, что уменьшало разнообразие и так небогатого стола.

Читаешь и понимаешь, как изменился русский язык за сто лет. Сейчас не услышишь, например:

Слушали игру на рояли.

или

-Зачем гуляете в коридоре, а не в приемной?
- Там нет местов, - говорят ей в ответ.


На одной из помещенных в книгу фотографий - урок гимнастики. Девочки - в форменных платьях! Для нас такое удивительно и непонятно, ведь неудобно же. Но училища - духовные, большинство воспитанниц были из семей священников, поэтому надеть брюки было немыслимо.

В одном из училищ физику и математику преподавал К.Э. Циолковский. Епархиалки вспоминают, что он не терпел зубрёжки, рассказывал очень интересно, показывал разные опыты. Мне даже чуть-чуть завидно стало.

Епархиалки
5 5
* * * * *

Очень познавательная книга. Состоит из воспоминаний бывших учениц-епархиалок (к сожалению, до наших дней не сохранилось каких-либо дневников или записей тех вренмен), которые рассказывают о жизни внутри училища. Очень интересно наблюдать, как воспитанницы, в атмосфере полной покорности правилам и отдачи себя "любимому предмету", ухитрялись найти время для озорства. Например, прочитать запрещенную книгу, сходить одним за пределы училища или во время выхода в общество флиртовать с семинаристами на расстоянии.

Любопытно было узнать, для чего первоначально готовили юных девушек, что они должны были уметь делать после замужества, как менялись взгляды епархиалок (их еще называли репками) на образование и жизнь. К примеру, во время и после революции они стали более свободны в высказывании своего мнения и даже примыкали к тем или иным движениям. Многое написано о К. Э. Циолковском, который преподавал арифметику и физику, об отношении воспитанниц к нему, его манерах и характере.

Единственное НО (!), некоторые воспоминания очень похожи друг на друга. Временами казалось, что их писал один и тот же человек. В любом случае, я бы советовала к прочтению эту книгу, особенно тем, кто интересуется нашей Матушкой-Россией.