Отпуск по ранению

Военная проза Вячеслава Леонидовича Кондратьева (1920-1993) пропитана воспоминаниями о пережитом и воссоздает мир, в котором его героям приходиться сражаться, жить и умирать. Повести о войне "Сашка" и "Отпуск по ранению" органично связаны между собой сквозной темой - сохранением нравственных основ в жестоком военном противостоянии. Главный герой - молодой солдат, вчерашний школьник, принявший на себя все бремя ответственности за судьбу Родины. В книгу также вошли рассказы "На сто пятом километре", "Привет с фронта", "День Победы в Чернове".
Автор Вячеслав Кондратьев
Издательство Терра-Книжный клуб
Серия Великая Отечественная
Язык русский
Год выпуска 2005
ISBN 5-275-01276-4
Переплёт 50x90/16
Количество страниц 400
Код товара 9785275012767
363
Магазин »
Нет в наличии
с 23 июня 2017
Год выпуска: 2005
История изменения цены:
Средний отзыв:
4.4
Отпуск по ранению
/ Ozon.ru
5 5
Надрывный голос солдата

Знакомясь ближе с лейтенантской прозой Вячеслава Кондратьева, всё больше соглашаюсь с тем, что это очень яркое явление отечественной литературы. После повести "Сашка" другое его произведение под названием "Отпуск по ранению" воспринимается практически как что-то такое родное, с чем (или с кем) недавно попрощался, немного соскучился, а он снова здесь, и ты безумно рад.

Сначала был Сашка. Теперь - лейтенант Володька. Да, вот так, не более чем. Что характерно, повесть "Сашка" завершается тем, что главный персонаж уезжает домой лечиться, получив ранение. "Отпуск по ранению" начинается с того, что лейтенант Володька приезжает в 1942 году в Москву раненым. Герой явно сквозной (кстати, эти две повести часто издавались вместе одной книгой, чего не скажешь про сюжетное продолжение "Отпуска..." - повести "Встречи на Сретенке"). Почему же Кондратьеву не захотелось объединить все три повести одним героем?

- Вы спрашивали - что из окопа? Так вот. - Он поднялся и начал вышагивать по комнате. - Я никому еще не говорил. Трупы. Много трупов - и немецких, и наших! А кругом вода, грязь. Жратвы нет, снарядов нет. Отбиваемся только ружейным огнем... И каждый день кого-нибудь убивает. Еле таскаем ноги. Ждем замены. Приходит помкомбата: "Ребята, "язык" нужен позарез, иначе нас не сменят! Батальонную разведку всю побило. Давайте сами!" Даем! Отбираю трех посильнее. Ночью ползем... Добираемся, сами не знаем как, до немецкого поста. Там - двое фрицев. Двоих не дотащить. Одного надо кончать. Кому поручить? Смотрю на ребят - боюсь, не сдюжат. А надо наверняка. Вот и пришлось самому... - Володька остановился около стола. - Можно выпить?

- Я налью, - заспешила Тоня и дрожащей рукой налила рюмку. Он выпил одним махом.

- Ножом в спину... Рукой ему рот зажал, а через пальцы - крик. И кровь со спины на меня! Весь ватник забрызган... Утром кинжал от крови отмываю... Ну, враг, немец, фашист, гад. Но... человек же. Не пожалел я его. Нет! Но противно, физически противно. Я буду их убивать, буду, но... понимаете, я уже никогда не буду таким, каким был. Никогда! Ну хватит вам - что из
окопа?



Володька - более продуманный. более законченный что-ли. Более цельный. Но и более раздёрганный войной. Приехав в Москву, перенеся все ужасы, он никак не может привыкнуть к тому, что тут, за двести километров от передовой идёт другая жизнь. Местами радикально другая. И даже рестораны работают - как совершенно обратное явление тому, что происходит на фронте. Лейтенант Володька никак не может забыть перенесённое под Ржевом, и поэтому вся повесть по большому счёту - это сплошная рефлексия человека, психически... психически... ёлки-палки, слово подобрать не могу. Не сломанного, нет, и не надломленного. Перевёрнутого, что-ли? Пусть будет так. Почему? Потому что он уходил в армию мальчишкой, а на войне стал мужчиной. Вот так. Кто-то начинает считать себя мужчиной полежав на женщине, а в сороковых годах мужчинами становились полежав на войне. Если после этого встать удалось, конечно.

Но война изменила не только солдат - вчерашних пацанов. Меняются все. Тыловики тоже. Кто-то начинает работать-горбатиться, кому-то война как мать родна. Больше всего меняются, конечно, потерявшие мужей-сыновей, а то и дочерей. Москва стала городом контрастов, и не только потому, что она всё ещё обороняется от немецких налётов, и в ней действует комендантский час, сколько потому, что контрастными стали те, что сегодня принято называть социальными группами. Про людские характеры вообще же молчу. Но повесть, конечно, не про перемены в солдатском характере, а про перемены в характерах всех людей.

Несмотря на то, что в повести война идёт только второй год, и победа в книге присутствует только в надеждах людей, есть в Володьке что-то от героев Ремарка и Хемингуэя, которым трудно стать своими в нормальном мире. А ведь Володька то не вернулся в этот мир, а лишь явился в него в отпуск. По ранению.

Ты говорил как-то, что главное слово войны - "надо"... Я не стал тебе тогда ничего говорить, чтоб не оплавилось твое железное "надо". Но видишь ли - есть и другие "надо"...


Читать Кондратьева интересно благодаря простому языку и глубокой его вере в человечность. Нет в "Отпуске по ранению" никакой пропаганды и лакировки, есть надрывный голос солдата. И потому такие книги воспринимаются как правда о войне, хотя войны в ней на самом деле немного. Зато много-много небольших историй - кто как живёт. Кто переносит голод и лишения. Кто при каких условиях был ранен. Как людям удаётся не падать духом. Как кто-то пострадал за своё происхождение - история поволжского немца, которого не заставили воевать против фашистов, но отправили в трудлагерь валить лес совсем небольшая, но не менее щемящая, чем собственная история Володьки, который пытается разобраться в том, что происходит в его городе и что происходит с ним самим. Он кидается то туда, то сюда, и не знает он, где приткнуться - то ли к чужой женщине, то ли к бутылке.

А приткнуться надо было к матери. Чего он не догадался сделать. Поскольку он, как сказала ему одна из его возлюбленных... "какая-то странная смесь рефлектирующего интеллигента с марьинорощинской шпаной. И от тебя можно всего ожидать".

К теме вернусь, когда дочитаю "Встречи на Сретенке".

Отпуск по ранению
/ Ozon.ru
4 5

Эта книга открыла мне абсолютно неизвестные факты о ВОВ. Я ничего не знала о событиях, происходивших между сражением за Москву и Сталинградской битвой. Хотя обе повести "Сашка" и "Отпуск" больше о скитаниях рядового солдатика Сашки и лейтенанта Володьки по путям-дорогам войны и в московском тылу, они касаются страшных фактов Ржевских боев, которые впечатляют человеческими потерями, разрушениями сел и городков, жестокости немцев к населению. "Бои местного значения", о которых вскользь упоминают учебники истории - это почти год ада.


Именно повести Кондратьева побудили меня посмотреть несколько док.фильмов с совершенно разными точками зрения на происходящее подо Ржевом и Вязьмой. Когда бы я еще узнала о герое-генерале Ефремове, который прорывался из окружения с остатками армии и застрелился из-за угрозы плена? Его хоронили немцы со всеми воинскими почестями. Это не из книги. Но я думаю, что Кондратьев хотел, чтобы люди знали то, о чем совсем умалчивалось до 80-х годов прошлого века. Он написал свои повести уже в конце жизни как память о погибших друзьях и сослуживцах там, подо Ржевом.

Главная мысль обоих повестей - что подвиг был в малом. Тысяча мальчишек голодали и проливали кровь, вязли в болотах и спасали товарищей, и каждый из них был героем. И хоть медали и ордена давали не каждому, имен многих даже неизвестно - они все выполняли трудную и нужную задачу. И смерть каждого была не напрасна.