Новое сектантство

Книга воссоздает панораму религиозно-философских исканий поздней советской эпохи. Читатель знакомится с воззрениями семнадцати сект, обожествляющих разные стороны действительности: от пищесвятцев - святителей пищи, до пушкинианцев - приверженцев пушкинского культа; от дуриков - современных юродивых, до пустоверцев, верующих в святость русской равнины и степи... Книга включает обширные теоретические предисловия и многослойные комментарии. Автор прослеживает логику порождения новых религиозных идей, их соотношение с мотивами Священного Писания и с историческими судьбами России. Написанная в жанре "комедии идей", книга не только впервые излагает содержание новейших вероучений, но также исследует их как уникальный идеологический феномен первого на земле пост-атеистического общества. Это своего рода маленькая "сумма теологии" советского общества накануне его распада.
Автор Михаил Эпштейн
Издательство Бахрах-М
Серия Радуга мысли
Язык русский
Год выпуска 2005
ISBN 5-94648-039-1
Тираж 3000
Переплёт Твердый переплет
Количество страниц 256
Модель 288524
Страна-изготовитель Бельгия
Код товара 9785946480390
Тип издания Отдельное издание
175
Купить »
В других магазинах:
История изменения цены:
Средний отзыв:
4.5
Новое сектантство
5 5

Конструктор идеологий. "Новое сектантство" Михаила Эпштейна

Комедия идей

На месте власть предержащих, я бы книги, подобные "Симуляции" Бодрийяра и "Новому сектантству" Эпштейна тщательным образом от народа скрывал. Ведь, каждый по-своему, такие тексты вырабатывают у читающего стойкий иммунитет к идеологическому и прочим информационным воздействиям. Труд Эпштейна - редкий случай, когда за маской серьезного научного издания скрывается по-настоящему взрывной по своей сути литературно-культурологический эксперимент по построению различных идеологий из подручного материала.

Книга по своей форме напоминает "еретикон", сумму против всех ересей, где с высоты господствующей в СССР атеистической колокольни рассматриваются целых семнадцать якобы существующих в стране сект. Ключевое слово тут "якобы", ведь понятно, что все семнадцать выдуманы автором лично. Как? Да очень просто. Берутся любые на выбор аспекты жизни простого советского человека и приписываем им сакральную сущность! Вот вам и орден домовитян, братство пищесвятцев, секта удаленцев и прочая прочая... Но дальше - больше. Каждая секта, ясное дело, имеет своих проповедников и идеологов, высказавшихся в письменном виде о ключевых моментах своего учения. Обширные цитаты из их апокрифов приведены без указания авторства, где вместо имен оставлены лишь инициалы. Напомню, что по замыслу Эпштейна, подобная компиляция должна была послужить прежде всего работникам пропаганды, а не широкой публике. Приведу несколько характерных примеров высказываний безымянных советских ересиархов:

"Диетология - одна из тех дисциплин, без которых невозможно дать научно точное определение феномена человека, а также исследовать закономерности его исторического развития"


"Голод - это не просто физиологическое состояние. Это экзистенциальная неполнота. В человека прокралось небытие. Он свободен, потому что голоден. Он может прильнуть к источнику Бытия. Это не значит - наесться. Это значит - признать свою ненасытность"


"Дом - это мое второе "я", пространственный слепок души. Сколько душ, столько и разновидностей домашнего устройства. Улица и площадь - народная душа. . . там никто не бывает собой. Они выставляют нас на перекресток чужих взглядов и мнений, где каждое "я" выступает как "он". Дом - пространство освоенности, где даже приходящие извне становятся своими друг для друга. Дом - это "я" в его предельной вместимости, где находят себя и другие."


О чем молчит Анонимус

Но на простом описании новых русских сект Эпштейн не останавливается. Его эксперимент принимает поистине борхесианские масштабы как раз тогда, когда переворачивается последняя страница еретикона. В 80е годы, как мы помним, была объявлена гласность, и несколько экземпляров "Нового сектантства как проблемы религиеведения" успешно просочилось за рубеж. Вскоре начинают сыпаться критические отзывы западных интеллектуалов на этот текст. Эпштейн, естественно, включает в книгу и их. Вот что пишет некий Пьер Дюфрен:

"Читая эту книгу, испытываешь прежде всего недоумение, как перед циклопической постройкой, со множеством входов и выходов, - назначение ее непонятно... Инициалы, вырванные из имен, образуют имя соборного автора словаря, и это имя - сам алфавит. Товарищ Абвгдежзик - вот кто подлинный создатель этой странной книги... Что хочет нам сказать этот Сверхтекст? Как всякий словарь, он не имеет своего мнения. В нем все говорят, а он молчит."


А другому рецензенту, похоже, не удалось избежать соблазна новейших ересей:

"...<читатель> убеждается, что впутан во множество сект и состоит в них незримым участником, начинающим учеником-подмастерьем. В этом косвенное и невольное воздействие книги - она обнажает перед читателем религиозную основу его собственной жизни. В каком-то смысле все мы - одни сознательно, другие безотчетно - входим в круг этого нового сектантства."


Лекарство от фундаментализма

Конечно, все эти ковчежники, пушкинианцы и греховники выглядят гротескно и комично в своих попытках снабдить вселенским смыслом и мессианским значением привычные для обывателя объекты и явления жизни. Читатель рано или поздно начинает себя чувствовать в такой себе кунсткамере, где ему демонстрируются страшненькие экспонаты с прикрепленными к ним пояснительными табличками. Но, вдоволь насмеявшись над уродцами, задаешься вопросом: как же появились на свет все эти "секты"? Эпштейн ли выдумал их или они - порождение коллективного разума?

В начале статьи я упомянул иммунитет к официальной идеологии. Полагаю, его появление весьма закономерно. Не будучи книгой-разоблачением, "Новое сектантство" на подготовленного читателя должно подействовать не хуже пилюли Морфеуса. Но только на подготовленного. Те, для кого термин "фундаментализм" ассоциируется только с исламом, а также те, кто уверен, что с распадом СССР постсоветское пространство стало идеологически нейтральным, пожалуй, Эпштейна не поймут и не оценят. Не говоря уже о верующих, которых книга вообще может сильно обидеть, показавшись стебом воинствующего атеиста над их убеждениями.

Власть совершенно не заинтересована в том, чтобы в обществе существовало ясное понимание того, как устроена и по каким принципам работает идеологическая машинерия. Провозглашая некую частную идею всеобщей, универсальной, власть производит водораздел, отделяющий своих от чужих. Вспомним "Антиформалистический раёк" Шостаковича и казуистику Единицына-Сталина: "Народные композиторы пишут реалистическую музыку потому, товарищи, что, являясь по природе реалистами, они не могут не писать музыку реалистическую. А антинародные композиторы, являясь по природе формалистами, не могут не писать музыку формалистическую." За наукообразностью "Нового сектантства" просматривается вполне прикладное произведение. Если хотите, инструкция к действию. Прикладной аспект "считывается" не сразу, но, будучи найден, он дает вам в руки эффективное оружие против всевозможных "абсолютных истин". Используйте его с умом...


"Вот перед читателем собрание метафизических безумств, в которых каждый может узнать что-то свое, знакомое. Когда вы научитесь на этом домашнем конструкторе легко мастерить по собственному заказу любую идеологию, никакая идеология уже не сможет смастерить из вас идеомана, идеофила, идеократа."