Солнечная аллея

Томас Бруссиг (р. 1965) - один из самых известных писателей Германии. Бруссиг родился в Восточном Берлине. Окончив школу, работал грузчиком в мебельном магазине, смотрителем в музее, портье в отеле. После объединения Германии поступил в университет, изучал социологию и драматургию. Первый же роман "Герои вроде нас" (1995) принес ему всемирную славу. Вторая книга Бруссига, повесть "Солнечная аллея" (1999) блистательно подтвердила репутацию автора как изобретательного, остроумного рассказчика. За нее писатель был удостоен престижной премии им. Ганса Фаллады. Герои повести, четверо непутевых друзей и обворожительная девушка, в которую они все влюблены, томятся за Берлинской стеной, изредка заглядывая за нее в большой свободный мир. Они тайком слушают запретные песни своих кумиров "Rolling Stones", мечтают о настоящих джинсах и осваивают азы модной философии экзистенциализма.
Автор Томас Бруссиг
Издательство СЛОВО/SLOVO
Перевод Михаил Рудницкий
Серия Вот эта книга!
Язык русский
Год выпуска 2004
ISBN 5-85050-828-7
Тираж 5000
Переплёт Мягкая обложка
Количество страниц 192
Код товара 9785850508289
54
Купить »
История изменения цены:
Средний отзыв:
4.3
Солнечная аллея
5 5

Прекрасная книжечка, тёплая, ностальгическая, без мрачной мемуаристики, смешная и грустная немного, если смотреть вглубь, конечно. Особенно понравится поклонникам Чосича и Вивега, ведь, по сути, тема одна - жизнь и счастье человека в нечеловеческих условиях. И жили, да, и были счастливы, и молоды, и бесшабашны, и любили безумно, и глупостей наворотили вагон, и ошибок мешок, и не раз были на волосок от беды, но как-то выкрутились. Живучие твари эти люди, ко всему могут привыкнуть, ко всему приспособиться. Прекрасный талант ведь - находить в любой истории точку, где безысходность и жутковатый идиотизм повседневности переходит в полный абсурд, сопровождаемый истерическим смехом.

Тошно было по самое никуда, но мы оттягивались на полную катушку. Мы все были такие умные, такие начитанные, такие интересные, только в конечном счете почему-то торжествовал полный маразм. По-хозяйски заглядывали в будущее, а сами были насквозь такие вчерашние! Господи, какие же мы были чудаки, и даже сами этого не замечали


Да, соседи стучали друг на друга, да, было "полезно" выписывать правильную газету, и чтобы её из почтового ящика было за версту видать, рок-н-ролл - да боже упаси, оказался в приграничной зоне и был подозрителен просто потому что такая у тебя рожа - сам виноват, а, да, главное же - кругом враги. Так и зырят сквозь стену, чтобы извратить своими вражескими руками и глазами идеологию настоящего светлого будущего. Единственного верного, разумеется.
От этого всего в совокупности спастись можно было лишь разбежавшись и ударившись башкой об эту самую стену.
Или взять себя в руки и не оставлять попыток просочиться сквозь неизбежные дыры системы, хохоча во всё своё безумное горло.
Так им, так.
Прекрасный пример того, как нужно консервировать воспоминания - вот так и надо. Мрачных мемуаров о тех временах и так будет масса, но кто сказал, что нужно помнить только трагические моменты? Это какой-то литературный бальзам на душу, честное слово, всем неистово советую.

Солнечная аллея
5 5

Спасибо Даше satanakoga за когдатошнюю вдохновенно-оптимистичную рецензию, обратившую моё внимание на эту книженцию, и спасибо сейчас ещё одному хорошему человеку за новый и своевременный пинок к забытому. Это то, что мне как раз сейчас и требовалось!

Если хотите получить заряд позитива, веселья, бесшабашности и молодости без границ в головах, а также поностальгировать, если застали то самое время в сознательном возрасте (я-то нет), если хотите от души оторваться с подростками, всеми правдами и неправдами пытающимися выкарабкаться за заветную Берлинскую стену вперёд к счастью капиталистического изобилия, а пока открыто или не очень выражающими протест против унылой серости, где запретный винил достать труднее наркотиков, где даже яркими худож. красками рисовать нечего, а красные коммунистические флаги того и гляди зачахнут и поблекнут от тоски единообразия — в общем, эта не то повестушка, не то романчик отлично развлекут и отвлекут на несколько часов.

И, боже, как бы оно ни было написано на немецком, переводчику на русский, как говорится, безмерные респект и уважуха! Это ж просто улёт, литературное пиршество! Сленг, жаргон, словечки-то какие, как завернёт оборотец, хоть со стула падай! Ей-богу, переводчик словно сам пожил в то время на этом их кончике Солнечной аллеи! =)

Солнечная аллея
4 5

А ведь неплохо! Совсем неплохо!
Небольшая история (вернее, истории) про жизнь подростков из Восточной Германии. Да непросто из Восточной, а из Берлина, с той самой улицы, которую разделили на две части стеной. Солнечная аллея... Красивое название, не правда ли? А жизнь там какая? Ну может и не очень красивая, но зато интересная. И прослушивание запрещенной музыки (это же определенный кайф!), и внезапная всеобщая любовь к одной девочке, и валяние дурака перед иностранцами (кто лучше изобразит голодного побирающегося школьника из соцлагеря?!).
Миха и Мирьям, Марио и Экзистенциалистка, Очкарик, Волосатик и Толстый... Они молоды, веселы, чудаковаты! У них всё ещё впереди!
Теплая, смешная и немного грустная книга.

Солнечная аллея
2 5

Настолько мне никак, что даже не знаю, что сказать. Смешно? Нет, даже не весело, скука смертная. Может быть, вначале я улыбнулась пару раз, но чем дальше в лес, тем зануднее партизаны. Ностальгия? Совсем нет, я не застала СССР, а даже если бы застала, ради ностальгии бралась бы за наше старое кино и детские книги. Познавательно? Едва ли. Большая часть повествования – подростковые переживания, бунтарство, первая любовь к самой красивой барышне в школе, первый сексуальный опыт, и все это было и будет плюс-минус одинаковым у любой стены, хоть берлинской, хоть кремлевской, хоть великой китайской. Хотя ладно, с китайской, может, я перегнула, но конкретно тут ничего нового для меня нет, а хорошо известное старое подано как-то бедно и неинтересно.

В общем, как-то даже неловко вторгаться со своей двойкой в череду положительных отзывов, но что есть, то есть: для меня в этой книжке не нашлось ничего интересного.

Солнечная аллея
5 5

А на западе целуются совсем по-другому!

Ах, как мне близка эта книга! Три четверти своей жизни я прожил практически на границе, сначала Монголии с Китаем, затем Беларуси с Польшей. Все эти пограничные уловки, провозы, очереди, культурные и политические отличия, разница в менталитете соседей - с этим я постоянно рос.

Томас Бруссиг мне показался этаким немецким Эфраимом Севелой, где в каждой строчке присутствует глубокая сатира и самоирония. Весь сюжет от начала до конца пестрит взрывным юмором, сплошными комичными ситуациями, в которые попадают главные герои книги, живущие в самом уникальном городе мира - Берлине!

А все действия происходит на маааленьком "обрывке" берлинской улицы под веселым названием "Солнечная аллея", прямо на которой и находится пограничный переход с Восточного Берлина в Западный.

...На Потсдамской конференции летом 1945 года, когда Иосиф Сталин, Гарри Трумэн и Уинстон Черчилль делили бывшую столицу рейха на сектора, упоминание Солнечной аллеи тоже наверняка свое действие возымело. В первую очередь на Сталина — тираны и деспоты, как известно, склонны верить в магическую силу слова. Вот и Сталину ни за что не хотелось улицу с таким поэтичным, таким красивым названием — Солнечная аллея — отдавать американцам, а уж тем паче целиком. И он заявил Трумэну: так, мол, и так, советская сторона претендует на Солнечную аллею, а Трумэн, разумеется, эти его притязания категорически отверг. Но и Сталин не уступал, так что дело уже попахивало рукопашной. И вот когда Сталин и Трумэн чуть ли не носами друг в дружку уперлись, британский премьер поспешил встать между ними, развел их в разные стороны, а потом уж сам подошел к карте города. И с первого взгляда определил, что Солнечная аллея — улица нешуточная, больше чем на четыре километра растянулась. Черчилль, ясное дело, уже привык во всем брать сторону американцев, поэтому ни у кого из присутствующих и в мыслях не было, что он Солнечную аллею Сталину отдаст. Все знали: сейчас он пососет свою сигару, задумается ненадолго, потом выпустит дым, покачает головой и перейдет к следующему пункту переговорной повестки. Но когда Черчилль действительно пососал огрызок своей толстой, короткой сигары, он с досадой обнаружил, что та опять потухла. А Сталин тут же предупредительно поднес ему огня, и Черчилль, смакуя первый пых своей сигары и снова склоняясь над картой Берлина, размышлял, как бы это Сталина за такой его любезный жест должным образом отблагодарить. В итоге, снова пыхнув дымом, он уступил Сталину шестидесятиметровый кончик Солнечной аллеи!

Было ли так на самом деле? Главный герой, обычный восточногерманский школьник Михаэль Куппиш, без пяти минут выпускник, верит, что все было именно так! А как же иначе можно объяснить, что только несколько последних домов этой улицы после номера 370 остались во владениях Германской Демократической республики! Но, как оказалось, такой "обрубок" Солнечной аллеи был уж не самым плохим местом для жившей тут молодежи и глядевшей из окон своих "рабоче-крестьянских домов" прямо на "территорию рая". Именно такое соседство могло легко "наставить" молодых людей на "путь истинный".

Роман Бруссига вышел в 1995 году, фактически за пару лет после падения Берлинской Стены, потому его "шальную прозу" восприняли тогда неоднозначно. Однако, в отличие от других многих авторов, принявшись с яростью описывать худшие моменты новейшей истории объединенной Германии, Бруссиг представил Миху и его друзей совсем в другой ипостаси - почти целомудренными и романтическими, потому чтение книги превносит еще и обратную сторону, заключаемую в ностальгии по ГДР и пониманию, что было все же что-то и лучшее на Востоке, чем на Западе.

Описывая первые любовные приключения молодых людей от третьего лица, Бруссиг бережно, практически только вербально окрасил эти истории своим достойным слогом, и это получилось у него здОрово и в меру эротично. И даже сам Миха влюбился в свою одноклассницу - красавицу Мириам, но не решается ей об этом сказать. И самое сложное то, что все одноклассники и даже друзья Михи также "сохнут" по ней. Кроме того, на первой же дискотеке Мириам целует мальчика... с Запада, у которого надета футболка гимназии имени Джона Кеннеди. Однажды Мириам обещает Михе поцеловать его ... как целуются на Западе, однако когда это произойдет? И именно эта надежда становится его философией жизни...

В книге много также других колоритных героев, например, мама Михи, мечтающая отправить его учиться в Москву, готовая делать для этого абсолютно все! И даже вывешивать государственные флаги на все праздники, выписывать центральную газету "Нойес Дойчланд" и заставить мужа вступить в Органы! Здесь и молодая "экзистенциалистка", с которой познакомился друг Михи, мечтающая о создании "Империи Жан-Поля Сартра" на территории ГДР, скупив все большинство жилых участков у государства. Это и Михин дядюшка Хайнц, живущий в Западном Берлине, похудевший специально на пару десятков килограмм только для того, чтобы провести племяннику модный костюм для посещения танцевального кружка (впрочем Миха на него все же обиделся - лучше бы провез вместо этого новый альбом Роллинг Стоунз!) И конечно же, здесь не обошлось без целого набора настоящих анектодичных пограничных историй, которые происходят со всеми жителями Солнечной Аллеи и их друзьями и родственниками!

Однажды, когда дядюшка Хайнц в очередной раз пожаловал на восток, уже знакомый пограничник доверительно взял его под руку и подвел к белой черте, которой была промаркирована государственная граница. Черту эту только что обновили, и пограничник по большому секрету поведал дяде Хайнцу, что новую провели на десять сантиметров западнее, чем прежнюю. Он уже вычислил, что если обновлять черту каждые два года и каждый раз передвигать всего лишь на десять сантиметров к западу, то через семьдесят миллионов лет Восточная Европа выйдет к Атлантике, «а если обновлять каждый год, то и вдвое быстрей».
Дядя Хайнц совершенно не знал, что отвечать, особенно после того, как пограничник ободряюще добавил:
— Не боись, друг, мы вас всех оттуда вызволим!

Так что в любом действии этой книги, даже на обычном уроке физики в Михином классе, Вы откроете для себя новые факты:

На уроке физики в ответ на вопрос о трех главных правилах поведения при ядерном взрыве Волосатик бодро ответил:
— Первое: обязательно посмотреть на вспышку, потому что больше такого уже не увидишь. Второе: лечь и укрыться белой простыней. Третье: медленно, не возбуждая паники, ползти на кладбище.

Короче, читаете, улыбайтесь и сопереживайте героям и, главное, знайте, что...

Люди из органов к нашим соседям не явятся, потому что наши соседи сами люди из органов!

Я получил массу удовольствия, побывав в особом, уникальном городе, городе, состоящим из двух различный формаций, двух миров, в котором живет, правда, один, уже теперь единый немецкий народ! Фантастика, Вы скажете? Да! Это так!

Солнечная аллея
4 5
Каково это, расти в ГДР буквально в двух шагах от Берлинской стены? Когда с одной стороны в уши и души усиленно вбивается идеология, а с другой – в зоне доступа западное радио и телевидение. Когда дядя, живущий с «той» стороны стены, везет неудачливой родне банальные вкусняшки, но и те усердно прячет, боясь даже поверить, что их провоз разрешен. Когда до свободы рукой подать, но в то же время она так чудовищно далека. Когда стены дома сделаны из губительного для здоровья асбеста, а вокруг царит засилье бюрократов, крючкотворов и дураков всех мастей… Правда же, расти в подобной обстановке грустно и печально?..
А вот и нет! Ведь Миха и его друзья умеют взглянуть на жизнь с позитивной стороны. Они слушают запрещенную музыку, интересуются девчонками, а грубую идеологию давно научились фильтровать и вообще использовать в своих целях. Вот уж действительно: «у счастливых людей плохая память и хорошие воспоминания»! И экзистенциалистка совершенно права – однажды злополучной стены не станет, и пусть этот момент наступит для героев еще не скоро, но хочется верить, что и до тех пор славная компашка друзей-разгильдяев не пропадет.
Эта небольшая повесть напомнила мне о том, как важно уметь относиться к жизни с юмором. Тогда даже серый мир можно раскрасить яркими красками, особенно если рядом есть неравнодушные люди. Сейчас вспомнить об этом было для меня особенно ценно.
Солнечная аллея
4 5

Русскоязычное издание - Солнечная аллея .

Тони боролась с лексикой. Лучшим другом Тони на неделю стал немецко-русский словарь (хотя мы с ним уже давно не расстаемся надолго). Тони совершила настоящий по своим меркам подвиг и прочла Бруссига на немецком. Подвиг - потому что уровень немецкого у Тони все еще на уровне плинтуса, да простит меня мой преподаватель, я балда.

Но чтение Бруссига на немецком - это подвиг, который на все 100% стоило совершить. Мельком я успела заметить, что в русском издании и издании на оригинальном языке стиль нет-нет, да разнится. В изначальном варианте он мягче, ехидства поменьше и в меру, и вся история воспринимается от этого еще лучше и со стремительно нарастающим интересом. А спрятано в этой истории очень и очень многое, целый мир, которого уже нет и, надеюсь, не будет, несмотря на то, что в нем было свое очарование, свои мечты и свои победы. Перед нами история молодых ребят, их взросления и того, какой путь в этой жизни выберет каждый из них. Берлин, Стена, все разделилось на Восток и Запад, один мир за мгновение раскололся на две половины с зоной смерти посередине. Почему так, заслужили ли это простые люди - такие вопросы никого, казалось, не интересовали. Во время последней поездки в Берлин мы с koshka_u_okna посетили музей возле чекпойта Чарли, место тяжелое и непростое, столько экспонатов и столько историй спрятано в его стенах. Как люди бежали на Запад, как семьи жили порознь, мечтая, что прорвемся и рано или поздно это закончится, как ликовал народ в день, когда Стена пала. И видеозапись того, как играл на виолончели у Стены в тот день Мстислав Ростропович - смотришь, а по щекам слезы.

Но Стена упадет потом. А пока - прорвемся, подумаешь, Стена, она тут всегда была, а молодость на то и молодость, чтобы не терять время зря! И понеслась! Первая любовь, запретная музыка, влипание во всевозможные истории с завидной регулярностью, семейный вопрос, экзистенциализм, партия, танцы, все сразу и никогда потом, потом мы будем другими и не мы вовсе! Все персонажи у Бруссига получились настоящими и живыми, начиная от компании приятелей Михи и заканчивая полицаем-врединой с проверкой документов. Стиль также прекрасен и молодец, за что ему большое спасибо.

Как итог - смех сквозь слезы, о важном через призму смешного и ехидного, порой это единственный способ пережить и запомнить хорошее в пучине каждодневных проблем, ограничений и душного Берлин-Ост. Улыбайтесь, это всех раздражает, не унывайте никогда и не смейте отказываться от своей мечты под предлогом, что, мол, невозможно, не потяну! И будет вам счастье, первые поцелуи и лучшие музыкальные хиты вашего времени.

Солнечная аллея
5 5

Каково это жить в двух метрах от свободы? Или это не свобода, а деградация, а истинная свобода в почитании партии и построении социализма? Берлинская стена "прошлась" по территории и Сталину уступили 60 метров из 4км улицы и как раз на этих 60 метрах проживала семья Михи, которым не довелось стать западными Берлинцами и приходится мириться с партийными порядками и взращивать в себе любовь к Советскому Союзу.

Но когда Черчилль действительно пососал огрызок своей толстой, короткой сигары, он с досадой обнаружил, что та опять потухла. А Сталин тут же предупредительно поднес ему огня, и Черчилль, смакуя первый пых своей сигары и снова склоняясь над картой Берлина, размышлял, как бы это Сталина за такой его любезный жест должным образом отблагодарить. В итоге, снова пыхнув дымом, он уступил Сталину шестидесятиметровый кончик Солнечной аллеи и предложил перейти к следующему пункту.
Вот так, наверно, все и было, думал Михаэль Куппиш. Иначе зачем, спрашивается, такую длинную улицу уже почти в самом конце надвое перерубать? А иногда он даже и не такое думал: «Следи этот идиот Черчилль за своим чинариком получше, мы бы, глядишь, сейчас на западе жили!»


Я не застала времена Советского Союза (когда он распался мне было 5), я не имею понятия о проживании на приграничной территории разных стран, городов, религий, взглядов. Я большую часть своей жизни находилась в окружении более-менее стабильном и для того, что бы увидеть что-то новое нужно сделать много телодвижений. Я не знаю что бы было, если бы я жила на стыке традиций, культуры и возможно даже миров. Как мне понять что это такое, и как это когда в двух метрах от тебя совсем другая жизнь? И вот, приступив к чтению "Солнечной аллеи" я побывала на месте тех ребят, которым довелось столкнуться с тем, о чем я редко задумывалась. Времена 60-90 годов, Берлинская стена (которую позже называли позорной стеной) разделила страну, город и даже Солнечную аллею на два течения, два мировоззрения, две колыбели идеологий. Мы, вместе с героями книги, оказываемся в восточной части Берлина в двух метрах от стены. Мы проходим мимо домов, в которых живут порядоЧЧные партийцы, "начинающие" экзистенциалисты; мимо продуктового магазинчика, который в итоге социалистического маркетинга превратился в сувенирную лавку с красными знаменами и ГДРовскими флагами и упираемся в пропускной пункт, за которым находится Запад с жевательными мишками, вкусным кофе, модной одеждой и самое главное, там можно слушать The Doors, Rolling Stones и даже радио! Западные Берлинцы носят футболки с Кеннеди, ездят на крутых тачках и самое главное, им не нужно быть или притворяться настоящими и преданными почитателями партии.
В этом очень старалась преуспеть госпожа Куппиш - мать Михи или лучше Миши, который вдруг полюбил солянку:)

— Хайнц, прекрати, это только напрасно нервирует Мишу.
— Мама, почему ты без конца меня Мишей зовешь?! — взвился Миха. — Меня зовут Миха!
— Ничего, тебя не убудет. Миша — русское имя, а ты ведь хочешь учиться в Советском Союзе.
— Но это еще не повод называть меня Мишей! Я же не зову тебя «матушкой».
— А почему, что плохого, если люди будут думать, будто мы друзья Советского Союза? — философски заметила госпожа Куппиш.
— И все равно! Только не Миша! Это звучит как…
— Как Гриша, — подлил масла в огонь дяюшка Хайнц.

Дядюшка Хайнц - отдельная тема и этот персонаж просто огонь!!! (Простите за сленг, мы тут балованные)

— Миша! Как хорошо, что ты пришел, обед как раз поспел, сегодня у нас солянка, твое любимое блюдо!
— Солянка? — резко переспросил Миха, и глаза его гневно вспыхнули. Опять мать выставляет его на посмешище, никакой он не Миша и до солянки совсем не охотник, особенно в присутствии Марио.
— Сперва на «красный монастырь» заглядываешься, — прокомментировал тот, — теперь вот и на русскую жратву облизываться начал. Этак ты, парень, совсем заделаешься в красные холуи.

Дядюшка Хайнц - западноберлинец, который частенько наведывался в гости к своим ГДРовским родственникам и всё норовил порадовать их контрабандным кофе или прочими сладостями. Он так старался, что даже неудобно было ему сообщать, что немного сладостей и банку кофе можно провозить, и не обязательно нужно это всё запихивать в штанины и прочие места. Но как же скажешь такое человеку, который голодал и худел, дабы провести на себе моднявый костюм для Михи. Действительно, язык не повернется сказать, что всё зазря.

Эх, в общем могу долго приводить цитаты, обсуждать персонажей, ибо много интересного и полюбившегося мне оказалось в этой книге. Она тёплая и добрая, местами курьезная (и смех и грех, как говорится) и наивная, а точнее не сама книга, а персонажи и ситуации в которые они попадают. Читается легко и с какой-то теплотой воспринимается. На меня такое впечатление произвела "Манюня" в свое время. Книга о другом, но манера подачи информации определенного периода и местности передаются... ммм... я бы сказала легкими мазками в теплых тонах (это к описанию картины больше подойдет, но вот это точнее всего передает мое впечатление от произведения).

Ах, да.. Господина Куппиша забыла упомянуть!

— Я напишу заявление!


Солнечная аллея
4 5

Приятно иногда открыть такую книжечку - жизнерадостную, добрую, веселую, и в то же время немного грустную.

Приятно иногда читать о том, что даже живя не в самых лучших условиях, люди способны не терять умения мечтать и быть счастливыми.

"Солнечная аллея" - это такой большой глоток чего-то теплого и доброго. Я читала эту книгу в последние дни августа, когда с одной стороны было жалко уходящего лета с длинными ночами и беззаботным весельем, а с другой так хотелось поскорей распахнуть объятия осени, потому что это время года тоже прекрасно, а жара и безделье уже попросту надоели. И как же эта книга совпала с моим настроением - череда грусти и радости проходить через всю "Солнечную аллею". С одной стороны главным героям не повезло и живут они не на западной стороне Берлина, где есть Роллинг Стоунз и джинсы, и главное, где есть свобода. Однако пусть им и приходится томиться на пропитанном социализмом востоке, они все равно счастливы. Они слушают музыку, влюбляются и ненавидят Ленина. Каждый мечтатет, и каждый о разном: кто-то хочет найти место в жизни, которое не будет иметь ничего общего с системой, кто-то хочет хоть разок в жизни побывать по ту сторону Берлинской стены и увидеть весь шик и блеск капитализма, а кто-то просто хочет завоевать первую красотку школы или найти альбом запрещенной группы.

Кто до сих пор не понял - книга о подростках, судьба которых распорядилась провести свою юность в ГДР. Однако пусть слово "подростки" не вводит вас в заблуждение и не заставляет думать, что роман представляет собой янг-эдальт, ни в коем случае. На самом деле, это прекрасная проза-воспоминание, миниатюрный роман, заряжающий жизнерадостностью и доброй ностальгией. Обычно я не очень люблю такие простенькие книжки, в которых показаны мелкие радости жизни, но Том Бруссинг не оставил меня равнодушной. А после того, как я посмотрела фильм, по сценарию которого была написана книга, я просто влюбилась в Миху, Марию, таких смешных супругов Куппишей, почетного контрабандиста дядюшку Хайнца, и даже в прапорщика Хоркенфельда, которого, к сожалению, так и не повысили.



А еще это моя первая книга, прочитанная на немецком языке. Мне кажется, я могу собой гордиться :3

Солнечная аллея
5 5
Отличная повесть, прочла с удовольствием. Российские - или лучше сказать "советские"? - писатели продессидентского толка всё время тужились, подыскивая наиболее мрачные краски для описания ужасной тюрьмы социализма и той черной тоски, которая овладевала людьми, ловящими звуки Америки (будто бы вся их жизнь именно в том и заключалась, чтоб ежедневно переживать нечеловеческое страдание по поводу проживания в СССР), а немец Томас Бруссиг умудрился написать обо всем этом ничуть не мрачно, но весело, и при том не приукрашивая действительность.
Книга навеяла воспоминания о собственном детстве (такие же собрания, на которых выступали проштрафившиеся школьники, "ленинские тетради", пропаганда, чтение всем классом "Пионерской правды", ненавистная форма и проч.), и воспоминания эти светлые. Может быть, жизнь наша и была в то время похожа на тюремную, но она все же была хороша.
Собственно, повесть-то о том и рассказывает - что жизнь продолжается в любых условиях, какой бы ни был политический строй; и как бы ее не пытались задавить или свести к минимуму, она все равно пробивается, берет своё, и во всем есть место радости и любви...
Солнечная аллея
5 5
Очень понравилось, представила, как же жили мои родители. Советские устои не опускают, как теперь почему-то принято, а описывают людей в них, причем так трогательно. Особенно впечатлило, когда двое неверно посчитали площадь земли, когда хотели выкупить у правительства всю страну. Такие вот забавные и простые люди, такие странные и светлые идеи.
Солнечная аллея
5 5
эта книга помогла мне осознать до конца всю убогость совкового менталитета. честно сказать, было противненько думать, что я являюсь представителем нации оккупантов. людей, кто вынудил этих парней вести такой образ жизни. хорошая книга.
Солнечная аллея
4 5
Отлично написано - хотя фильм все равно лучше.
Финал книги немного странный, но в целом - хороший стиль, есть настроение, атмосфера, легкость.

Захотелось почитать еще что-либо из произведений Бруссига, жаль, что, если верить интернету, другие его книги не переводились.