А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898

Антон Павлович Чехов (1860 - 1904) - замечательный русский писатель, создатель ярких запоминающихся образов, тонкий психолог, мастер подтекста, своеобразно сочетающий юмор и лиризм. Его творческое наследие, в которое вошли любимые читателями во всем мирепрозаические и драматические произведения писателя, оказало огромное влияние на развитие литературы и театрального искусства XX века. В десятый том Собрания сочинений вошли повести и рассказы, написанные Чеховым в 1894 - 1898 годах.
Автор А. П. Чехов
Издательство Терра
Серия А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах ("Терра")
Язык русский
Год выпуска 1999
ISBN 5-300-02524-0, 5-300-02414-7
Тираж 0
Переплёт Суперобложка
Количество страниц 384
Код товара 9785300025243
Тип издания Авторский сборник
Составитель О. Дорофеев
299
Магазин »
Нет в наличии
с 18 января 2018
История изменения цены:
Средний отзыв:
5
А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

А вот взять бы и надавать этой Анне по шее. Нет, правда. Я понимаю, что росла без матери, что нужда и безысходность заставили её выйти замуж "за деньги".
Восемнадцать лет, какой там опыт жизни или трезвое мышление? Хочется красиво одеваться, менять наряды и туфельки, а не ходить в драных ботинках, замазанных чернилами. Хочется света, а не беспросвета.

И всё-таки это уже не юная наивная девочка. И она знает, как тяжело живётся братьям и отцу. Она ещё помнит вкус каши на бараньем сале, пахнущей свечой. Должна, во всяком случае.
Да только начинает слепнуть наша Анна. Блеск драгоценнстей, вихрь балов, знакомства, которые так много значат для мужа... Анна поменялась. Из доброй скромной девушки превратилась в циничную су... Ладно, не будем об этом. Нас тут и дети читают.

Я не могу её оправдать. Ничем. Только вот за этот финальный эпизод мне хочется её придушить.

Сильно! Очень рекомендую!

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Хм... как интересно.

У меня перед глазами стоит "Узорный покров" Моэма. Ассоциации те же и стиль у авторов, как мне показалось, тоже очень схож. Короткая зарисовка на тему "любовь зла, полюбишь и... козу". Но... весь мир построен на взаимодействии. Николай Евграфыч не зря сам задумался о том, вела бы себя его драгоценная Ольга Дмитриевна таким же образом, будучи замужем за другим мужчиной? Пришло бы ей вообще такое в голову? И как бы закончилась для нее эта история, будь ее мужем другой человек?

Как это для нее закончится с Николаем Евграфычем? Каждый додумает для себя. Кстати, очень понравилось, как закончился рассказ. Я не люблю открытые финалы, но тут он более чем уместен.

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Все-таки, огромным талантом надо обладать, чтобы вот так, легким росчерком пера всего в 15-20 страниц нарисовать целую жизнь, поднять несколько проблем и оживить героев.

Анна, молодая, красивая девушка, выходит замуж по расчету. Семья бедна, отец пьет, денег нет, мать умерла, в семье еще два маленьких брата. И Анна хочет им помочь. Но сначала муж оказался крайне прижимист (вот так можно плохо "посчитать" при выборе выгодной партии), а потом уже и Анна оказалась не такой уж доброй, милой и заботливой. Хорошо быть молодой, хорошо быть красивой, хорошо иметь деньги на тряпки и увеселительные мероприятия. Только плохо когда за этим больше ничего нет.

Мощно, ярко, актуально!

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
4 5

Небольшой рассказик, даже очерк на тему, от первого лица. Неясный, как отражение в запотевшем зеркале, смутный, как улыбка провинившегося любовника, расплывчатый, как давние воспоминания. Воспоминания об одном жарком-жарком лете, в котором вся жизнь. Такой концентрат неуловимого чувства ли, или обещания чувства, или просто возможности? О том, как сталкиваются приземленное, прагматичное, социальное, с воздушным, мечтательным, внутренним. И как это прагматичное рушит все мечты.

Две сестры и мать на летней даче, легкий ветерок на веранде, лед в освежающих напитках, три ступени, ведущие вниз, художник сидит на нижней и зарисовывает пейзаж - лесная опушка и тропинка. И разговоры, разговоры, внезапно о больницах, рабочих, гноящихся ранах, умерших девках... Не о том хотелось бы им разговаривать, совсем не о том, но что поделать, если главная в семье - революционерка, стремящаяся растоптать тот привычный образ жизни, не замечающая прелести лепестков, кувшинок, тропинок и опушек? И главное, чувств других людей. Ничего не позволит никому, сказала расстаться, значит, расстаться. Грусть. Печаль. Мне понравился Чехов.

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Как всегда у Чехова - обида.
Вот прям до глубины души.
Ну почему так?
Почему всегда любящие, искренние, честные достаются стервозным, мерзким, противным?
А с другой стороны, может, они просто им позволяют так с собой обращаться? Может, они не любящие, искренние и честные, а квелые, вялые тюфяки без силы воли?
Небольшая зарисовка на эту тему. Так легко в этом рассказе увидеть "хищную" обманщицу-жену и "искреннего" недотепу-мужа. Ай-яй-яй, отвратная баба. Ой-ей-ей, бедный мужчина. Не вижу в нем ничего, кроме удобного пуфика. Не жаль его совсем.

PS Нет, все-таки жаль. Хотел вырваться, не вырвался. Значит, попытка все же была, значит, надежда все же есть. Но остается только догадываться, попытка ли это перед полноценным бунтом, или она истощила последние его силы... Невероятно сложный Чехов.

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Глубоко вздохнуть и закрыть глаза. Удержаться… но еще мгновение и реальность растает под натиском чудесных пейзажей. Перед глазами из небытия возникнет незнакомая усадьба, утонувшая в лучах полуденного солнца. Строй тонких высоких елей обступит красивую аллею, щедро роняя под ноги ароматные иглы. Здесь тихо и темно, томный хвойный запах витает в воздухе, приятно щекочет нос. Лучи заходящего солнца то тут, то там прорезывают темноту, падают на усыпанные хвоей дорожки. За рядом тесно посаженных елей выглянут скромные липки, разойдутся пестрым хороводом и откроют взору белый дом с террасой и мезонином, барский двор и широкий пруд с купальней, высокую колоколенку. Но автор не задержит, предложит прогуляться по саду и выпить чай, зайти в небольшой уютный дом и завести интересный разговор с милой девушкой, подобно лесной нимфе утонувшей в широком кресле на террасе, рассказать о недавно прочитанной книге, поведать тайну…

А ее сестра, Мисюсь, не имела никаких забот и проводила свою жизнь в полной праздности, как я. Вставши утром, она тотчас же бралась за книгу и читала, сидя на террасе в глубоком кресле, так что ножки ее едва касались земли, или пряталась с книгой в липовой аллее, или шла за ворота в поле. Она читала целый день, с жадностью глядя в книгу, и только потому, что взгляд ее иногда становился усталым, ошеломленным и лицо сильно бледнело, можно было догадаться, как это чтение утомляло ее мозг.

В усадьбу помещика Белокурова приезжает известный художник, ищущий в праздности сельского проживания вдохновения. Во время своей очередной прогулки он открывает для себя прежде неизвестную ему усадьбу Волчаниновых и знакомится с ее обитателями – овдовевшей Екатериной Павловной, ее старшей дочерью Лидой и младшей Женей – Мисюсь…
Необыкновенная повесть, преисполненная очарованием уходящего лета, грустью по минувшему прошлому. Легкими мазками автор напишет портреты, и вот уже перед нами упоенная положением вдовы, Екатерина Павловна, с обожанием глядящая на подрастающих дочерей. Старшая Лида Волчанинова – искренне убежденная, что формирование «правильной партии» молодежи сможет поправить дела в уезде, волевая, сильная духом, и совсем юная Женя, или Мисюсь, чудесное создание, совмещающее в себе черты прелестной расцветающей девушки и стеснительного ребенка, еще совсем шатко осознающего свое положение в мире. Словно олицетворение невинности, она очаровательна.
Но это был бы не Чехов, если бы ограничивался в своих произведениях яркими описаниями и пейзажами. В пространство небольшой повести он вложит глубокую мысль о дальнейшем развитии России, противопоставит духовное развитие нововведениям, больницам и библиотекам, попробует доказать, что новшества дворян только больше поработят народ. Главный герой вступает в спор с Лидией, обнаружив тем самым взгляд Чехова на роль интеллигенции России. В этом споре он проиграет, точка зрения «замечательной Лиды» безропотно принимается и ее матерью, и Женей, не имеющей воли высказаться против.

Она благоговела перед своей старшей дочерью. Лида никогда не ласкалась, говорила только о серьезном; она жила своею особенною жизнью и для матери и для сестры была такою же священной, немного загадочной особой, как для матросов адмирал, который всё сидит у себя в каюте.

Перечитываю эту повесть со школьной скамьи уже не первый раз. Ее особое очарование служит глотком вдохновения, после прочтения всегда хочется рисовать. Люблю Чехова и, наверно, никогда не устану признаваться в этом. Поскольку не вижу причин не влюбиться в чудесный язык, легкий слог, этюдные пейзажи, интересную философию, сквозящую между строк. Сколько книг уже прочитано мною? Сколько книг еще предстоит прочитать? В одном не ошибешься точно. Любая принесет истинное удовольствие, сумеет ненавязчиво окунуть в необычную атмосферу, подарить ощущение причастности, влюбленности и легкой грусти. Советую.

Я уже начинаю забывать про дом с мезонином, и лишь изредка, когда пишу или читаю, вдруг ни с того, ни с сего припомнится мне то зеленый огонь в окне, то звук моих шагов, раздававшихся в поле ночью, когда я, влюбленный, возвращался домой и потирал руки от холода. А еще реже, в минуты, когда меня томит одиночество и мне грустно, я вспоминаю смутно, и мало-помалу мне почему-то начинает казаться, что обо мне тоже вспоминают, меня ждут и что мы встретимся…
Мисюсь, где ты?

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Жил-был молодой, подающий надежды земский врач Дмитрий Ионыч Старцев. Со стремлениями, трезвым взглядом на жизнь. С желанием, надеждой любить и быть любимым. Встретив любовь, он боролся за неё до конца: ходил на нелепые свидания, которые назначала ещё более молодая девушка, назначала свидание на кладбище в половине одиннадцатого ночи; не замыкался в обиде за подобную шутку и шел на следующий день делать предложение.

Когда же и это не получилось, заодно, по просьбе отца, он подвозит красивую и умную девушку в клуб, на вечер. Целует её, когда коляска накренилась на повороте, но девушка сухо сказала: "Довольно".

Но чаша должна быть испита до дна: он переодевается дома и пытается объясниться с девушкой на вечере. С тем же успехом, что и в коляске.

А потом девушка, вообразив себя великой пианисткой, уезжает поступать в консерваторию. С известным результатом. Её нет в городе 4 года, а за это время Старцев раздобрел, практика его стала обширной, стало очевидно: жизнь состоялась. Ему понравилось разбирать разноцветные бумажки, которых с каждым месяцем становилось всё больше. Жил он один.

Потом они встретились. С заведомо известными настроениями и статусами. Она - повзрослела во всех смыслах. Совершенно искренне раскаивалась. Хотя в чём ей было раскаиваться? В обычных детских шалостях? Разве что в собственной заурядности: не увидела, прошла мимо своей любви, была как все: Москва, Москва, музыка, богема, слава, успех, - кого не влечет всё это? И не увидела свое счастье - блеск фальшивых ценностей ослепил её.

Он. А что - он? Принято считать лексему "Ионыч" символом, знаком всего, в самом начале подающего надежды, а потом опустившегося, нет, не в социальном - моральном, экзистенциальном, как сейчас говорят в подобных случаях, смысле. Что ж, так и есть. Ну, то есть, да, так и есть. Но тайный, скрытый смысл, значение и цель рассказа совсем иные.

Две фобии - огромные, мучившие и терзавшие АП всю жизнь - страх перед женщиной и страх личностной деградации. Всё творчество (фигурально, конечно, чуть утрировано) - об этом. То есть - о себе. Как это и должно быть у великого творца (вспомните Великого Инквизитора).

В "Ионыче" огромная энергия внутренних страхов АП соединилась. Не ко времени состоявшаяся встреча со своей судьбой - фатальная беда. Ты получаешь "подтверждение" в собственной несостоятельности, в отвержении тебя как мужчины, в вечно поверхностной сущности женщины: звездная пыль важнее самой звезды. Твоя ущербность, второсортность, получает неожиданную подпитку в "прозрении" женщины: не увидела, не разглядела тебя, обожглась где-то, на ком-то, вернулась, потому что некуда больше возвращаться. А поскольку некуда больше, то и ты "сойдешь"; смирилась под порывами реальной жизни и "на безрыбье..." В результате: все они такие!

Но какая-никакая жизнь шла и в губернском городе С. (а пропо, цитата: " вообще же в С. читали очень мало, и в здешней библиотеке так и говорили, что если бы не девушки и не молодые евреи, то хоть закрывай библиотеку"). С расширившейся медицинской практикой, с вложением в недвижимость, с прогрессирующей одышкой. Старцев (какая же у Ионыча должна была быть ещё фамилия? Всё должно бить в цель. И фамилия - тоже) отвечает на вопрос вернувшейся девушки о жизни в городе: "Эх! – сказал он со вздохом. – Вы вот спрашиваете, как я поживаю. Как мы поживаем тут? Да никак. Старимся, полнеем, опускаемся. День да ночь – сутки прочь, жизнь проходит тускло, без впечатлений, без мыслей… Днем нажива, а вечером клуб, общество картежников, алкоголиков, хрипунов, которых я терпеть не могу".

Не во время принятое лекарство становится ядом. Любовь, которая, как знать, могла бы стать "обыкновенным чудом", таковым не стала. И в результате то, что есть. Только вот что странно: на протяжении всех четырех лет Старцев жил один. По крайней мере, Антон Павлович не счел нужным построить сюжет иначе. Что так? Промелькнула звездочкой-кометой любовь - и всё? Что это? Сверх ранняя импотенция? Что, совсем ничего человеческого? Совсем-совсем? А, замысел в том, чтобы показать стремительную деградацию "когда-то подававшего надежды"?

Кстати, как много докторов в рассказах АП.

Ещё кстати: знаете, какое самое распространенное женское имя не только в рассказах АП? Анна.

Что же в итоге? В итоге - классик мировой литературы. Это - о фобии деградации.

Одинокий, никогда не любивший гений. Это - о чеховских женщинах.

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Какой же это рассказ? Это роман… И неважно, что объем написанного небольшой.

Время, охватываемое сюжетом, занимает три года. Но ощущение такое, будто перед нами промелькнула жизнь нескольких поколений одной семьи и их друзей. Купеческая семья, из «мужиков», ставших миллионщиками. В центре - представители поколения, которое нутром помнит воспитание, сочетающее порку, трудовую повинность и академическое образование. Цитата из другой книги - воспоминаний Саввы Морозова:

«Воспитывали нас по уставу древлего благочиния и за плохие успехи в английском языке драли старообрядческой лестовкой (кожаные четки). А лестовкой-то больнее, чем простым ремнем: она с рубчиками. После порки нянька мазала мне задницу елеем и заставляла молиться Пантелеймону-целителю, чтоб скорей заживало.»

Купцы третьего поколения были людьми образованными, отягощенными детскими травмами, чувствующими пренебрежение представителей других сословий и не умеющими выразить собственные чувства, потому что научить их этому забыли, потому что воспитатели сами не умели чувствовать в условиях, в которых предстояло жить воспитанникам.

С купечеством более или менее понятно, а вот с главной героиней, представительницей среднего класса, дочери врача - сложнее. Выйдя замуж только ради того, что бы не остаться в девицах, не получив ухаживания и внимания от жениха и позднее - мужа, она тяготилась его любовью. Не зная саму себя, не имея никакой желанной модели отношений с мужчиной, брака - она страдала сама. Очень показательно отрицание ею любви как явления в своей жизни и в мире вообще.

Автору удалось показать нам пробуждение к жизни главной героини. Любовь она постигает благодаря материнскому инстинкту. Боли утраты, возникшим чувствам сочувствия, одиночества и ответственности. Из несмышленой, незрелой на наших глазах она преобразилась в чувственную и хозяйственную женщину, способную создать свой уникальный мир. Редкий пример положительной динамики развития героя в русской классике. Даже не героя, а героини! Которая, я не сомневаюсь, способна повлиять этой динамикой и на близких. Где еще в русской литературе отводится такая роль женщине? Я не могу подобрать пример. Кити Щербацкая разве что, но ей приходилось бороться за гармонию, а пробуждения Юлии Сергеевны будто ждало целое темное царство, что бы подчиниться ее созидательной силе.

Помимо основной сюжетной линии, примечательны и второстепенные герои, и атмосфера гостиных, дач, концертных залов. Разговоры. Обсуждения социалистических и утопических идей. Гедонизм. Благотворительность. Живодерское администрирование бизнеса. Отношение к религии и нравственные устои. И все это в рассказе! Удивительно!

А. П. Чехов. Собрание сочинений в 15 томах. Том 10. Рассказы, повести. 1894 - 1898
5 5

Непонятый в школьные годы и получивший моё признание относительно недавно русский писатель Антон Павлович Чехов в очередной раз и порадовал и поволновал. Странное дело, как-то вот у него получается писать казалось бы совсем несложные вещи несложным языком — едва ли не обыденно и без всяких там литературно-словесных "тройных тулупов и акселей". Ну вот кажется, что перед нами самая обыкновенная история из серии "Как лиса и журавль в гости ходили" или "Как медведь к лисе сватался", только в переложении на взрослый несказочный лад. Да только читается эта незамысловатая и несложная история взахлёб и с искренним сопереживанием с героями повести.

Видимо всё дело в том, как умело тонко и с выворачиванием наизнанку описывает Антон Павлович душевные томления Алексея Лаптева, как мастерски и с какой филигранной точностью описывает он душевные волнения некрасивого и страстно влюблённого нерешительного мужчины — думаю, что многие читатели мужского пола найдут в поведении и переживаниях Лаптева те или иные свои собственные треволнения.

Однако и дамская составляющая читателей Чехова тоже может рассчитывать на точно такие же проникновения вглубь девичьих и затем уже женских переживаний и волнений. Мастерства и знания человеческой психологии и человеческого же естества Чехову не занимать и он вытягивает нить повествования без малейшего обрыва или спутывания, раскручивает динамику внутренних изменений и поведенческих фигур как по нотам музыкант играет сложное произведение. И правдоподобность истории такова, что жаль и того и другого, и мужчина мается, и дама своё не получает, и что с этим со всем делать?..

"Поживём — увидим" — заключает Антон Павлович свой рассказ. И чаще всего в реальных жизнях таких вот Алексеев Лаптевых и Юлий Сергеевн только это и бывает настоящим финалом — поживём-увидим...