Компромисс, размер 180x115x14 мм

Сергей Довлатов верил в одно - в "улыбку разума". Эта достойная сдержанная позиция принесла писателю повсеместную известность. На родине вот уже десять лет Довлатов - один из самых устойчиво читаемых авторов; его проза инсценирована, экранизирована, изучается в школе и ВУЗах, переведена на японский и основные европейские языки. Перед вами - ещё одно его произведение.

Автор
Издательство Азбука
Серия Азбука-Классика
Язык русский
Год 2021
ISBN 978-5-389-02277-5 5-352-00328-0 978-5-9985-0071-8
Тираж 5000 экз.
Переплёт мягкая обложка
Количество страниц 224
Штрихкод 9785352003282
Размер 180x115x14 мм
Длина 180мм
Ширина 115мм
Высота 14мм
Объём 1
Возрастная категория 18
Входит в комплект Классики мировой литературы от издательства «Азбука»
Количество томов 1
Формат 76x100/32
151
В других магазинах:
История цены:
Средний отзыв:
4.9
* * * * *
Компромисс
5 5
* * * * *

Если начать отзыв с лирического отступления, то придётся сказать, что я не смогу оценить эту книгу хотя бы чуть-чуть объективно. Дело в том, что это первая в моей жизни книга, которую мне от корки до корки кто-то прочитал вслух, поэтому она окутана лёгким романтическим флёром, и даже если бы там говорилось про процессы пищеварения земноводных, наверное, она всё равно бы мне понравилось. Впрочем, выбиравший книгу был отнюдь не дурак, поэтому разумно предложил тот вариант, которому чтение вслух придаёт определённый шарм. Если бы создать такую подборку «Книги, которые становятся насыщенней от чтения лицом к лицу», то Довлатова туда стоило бы запихать точно (а ещё недавно упомянутого мной Бабеля и Ильфа с Петровым, зуб даю!)

Но хватит о себе да о себе. Я тот малообразованный и редкий читатель ЛЛ, который долетел до середины Днепра и с удивлением понял, что с Довлатовым почти не знаком. Хотя он вроде, цитируя классиков, звучит из каждого утюга, расползается на цитаты, пересказывается, как анекдот и в целом красавец мужчина. Но до «Компромисса» мои знакомства с ним ограничились какой-то мелочью. (Тут, впрочем, можно возразить, что большинство его произведений и так «мелочь», по объёму, конечно, а не по содержанию.)

Итак, что у нас есть в итоге? «Компромисс» — сборник баек из жизни Довлатова, когда он работал журналистом в эстонской газете. Байки, само собой, связаны с журналистским житьём-бытьём (отчего они сразу стали мне чуть интереснее), с алкоголем (ещё чуть интереснее), курьёзами (ещё чуть-чуть) и… Компромиссами, куда ж без этого. Соединяем «компромисс» + «журналистика» и где-то там на периферии ассоциаций сразу начинает маячить слово «толерантность», но кулстори ей не ограничиваются. В советской истории журналисту приходилось идти на компромиссы буквально со всем: с давлением сверху, с ложью, с чувством реальности и здравым смыслом, наконец. Ершистый Довлатов компромиссную политику проводил, но в своей особой манере. Вот она, довлатовщина во всей красе — когда литературный стиль и стиль жизни настолько срастаются, что их уже не разъединить. Как ни крути, а свою жизнь Довлатов скрупулёзно «перевёл в буквы», щедро пересыпая едкими шутками, меткими замечаниями и самоиронией. Весь сборник читается, как собрание анекдотов. Не тех, которые «Колобок повесился» или «Вышли на улицу Петька и Василий Иваныч…», а в более древнем понимании.

И настроение после Довлатова такое… Хочется поржать и повеситься — одновременно.

Надеюсь, моя аудиокнига-бородач в будущем подарит мне ещё приятные часы с Сергеем Донатовичем.

Компромисс
5 5
* * * * *

После трех прочитанных книг Довлатова я пришла к выводу, что его творчество нельзя разбивать на отрезки, произведения, подоплеки, недосказанности. Нельзя сказать, что, мол, «Компромисс» - вещь крутая, а вот «Чемодан» немного похуже. Довлатова можно воспринимать только всего, целиком, огромным глотком поглощая все его книги, книжули, книжонки, рассказы и заметки. Потому как… нет, ну а как иначе? Товарищи, это же ДОВЛАТОВ, он же такой… такой… вон какой, что даже слов найти невозможно!

Однако данный отзыв спровоцирован все-таки именно «Компромиссом», поэтому постараюсь сосредоточиться и сказать несколько слов конкретно об этой книге. Слов, заметьте, исключительно хороших, восторженных и теплых.

Книга состоит из 12 рассказов, в которых Довлатов описывает свое житье-бытье в Таллинне, свою работу в редакции «Советской Эстонии» и свои приключения. А этому человеку, видать, на роду было написано влипать в такие истории, что не поймешь, то ли умирать от смеха, то ли плакать навзрыд. Тут вам и замечательный фотограф от бога, только алкаш немного, и счастливый папаша Кузин, который, как положено всем новоиспеченным папашам, нажирается в зюзю и устраивает мордобой в ресторане, и продуктивная доярка в компании с молоденькой эстонкой, считающей Довлатова красивым (Тоже мне открытие! Детка, мы все знаем, что он красивый, что уж тут теперь!) и много кто еще. Все так ярко, сочно, но толика типичной русской тоски сквозит в каждом «компромиссе». И это все такое родное, такое знакомое, такое понятное. Но за это родное не стыдно, как за то, что творится, издается и создается сегодня.

Вот казалось бы, книга-то небольшая, а поди ж ты! Что ни строчка, то цитата! Это ж каким надо быть человеком, чтоб так писать, чтоб так думать?! В маленьком объеме Довлатов вмещает все то, что многие авторы в десятки циклов втиснуть не могут. Поистине, краткость – сестра таланта.

Умно, иронично, смешно, раскованно, местами до слез, местами за душу, иной раз и по почкам, но чаще, правда, по печени, Довлатов своей щедрой рукой дарит нам то, что нельзя оценить, взвесить и передать словами. Это такое хрупкое, но вместе с тем невероятно мощное чувство. Я бы его описала как Истинный Кайф Настоящего Читателя.

После каждой книги Довлатова я еще несколько дней хожу как шальная. Глаза горят, душа поет, постоянно вспоминаются какие-то меткие выражения, отчего на лице периодически возникает глупая мечтательная улыбка. Окружающие шарахаются, но разве им объяснишь, что я не заболела, а просто мне очень нравится, как пишет этот человек.

Жаль, нельзя уже сказать «Сережа, пиши еще!» Поздно мы своих гениев признаем.

Компромисс
5 5
* * * * *

«Веселые истории экран покажет наш, веселые истории в журнале... «Я — алкаш!» ©.

Простите за лирическое отступление, ведь, хотя Сергей Донатович был отнюдь не дурак выпить, книга, в общем, не о том. Сборник новелл (а они действительно ранее издавались как самостоятельные новеллы) «Компромисс» рассказывает о периоде работы Довлатова в газете «Советская Эстония». Каждая новелла представляет собой небольшую газетную заметку и историю о её создании. Жизнь в Советском Союзе в принципе, а работа журналиста, в особенности требовала идти на компромисс. С властью, ложью, собственной совестью и здравым смыслом. Довлатову на компромисс идти помогали нехилое количество потребляемого спиртного и убойная доза самоиронии.

От Довлатовской прозы остается очень странное чувство — вроде бы только что ржал как сумасшедший, а сейчас уже не знаешь, куда деться от этой невероятной особенной русской тоски — то ли напиться, то ли повеситься.

Очень сложно писать отзыв на отдельные произведения Довлатова, они почти неразделимы, как неотделим от своего творчества и сам автор. Он перевел себя в свои многоточки.

Случайные цитаты: «А вот с закуской не было проблем. Да и быть не могло. Какие могут быть проблемы, если Севастьянову удавалось разрезать обыкновенное яблоко на шестьдесят четыре дольки?!..»

«— Генрих Францевич, что касается снимков... Учтите, новорожденные бывают так себе...
— Выберите лучшего. Подождите, время есть.
— Месяца четыре ждать придется. Раньше он вряд ли на человека будет похож. А кому и пятидесяти лет мало...»

«Мишка, — говорю, — у тебя нет ощущения, что все это происходит с другими людьми... Что это не ты... И не я... Что это какой-то идиотский спектакль... А ты просто зритель...

— Знаешь, что я тебе скажу, — отозвался Жбанков, — не думай. Не думай, и все. Я уже лет пятнадцать не думаю. А будешь думать — жить не захочется. Все, кто думает, несчастные...»

Компромисс
5 5
* * * * *

Я давно уже перестала заниматься, так называемым литературным снобизмом и ставить клеймо на людях, которые читают книги, которые я считаю вторым сортом, а то и вообще за книги не считаю. Дело каждого. Так же как я давно перестала доказывать кому либо, что либо. Было время страдала максимализмом. Переболела. Хватит. Все мы взрослые люди, ситуации жизненные бывают разные, так же как и причины которые заставляют нас высоко оценить тот или иной литературный ширпотреб у всех разные. Одно для меня остается неизменно на протяжении более десяти лет, насколько бы не были противоположны наши с вами вкусы, если вы любите Довлатова, то едем мы в одном направлении).
В студенческие годы, на какой то очередной скучной лекции, подруга (с которой мы периодически обменивались книгами и открывали друг для друга новые имена), зачитала мне цитату из книги, которую она на тот момент читала

Проводник разбудил нас за десять минут до остановки.
— Спите, а мы Ыхью проехали, — недовольно выговорил он.
Жбанков неподвижно и долго смотрел в пространство. Затем сказал:
— Когда проводники собираются вместе, один другому, наверное, говорит: «Все могу простить человеку. Но ежели кто спит, а мы Ыхью проезжаем — век тому не забуду....

с этого и началось мое знакомство с Довлатовым. В этот же день я побежала в книжный и купила себе его "Компромисс", дня через два в том, же книжном я скупила все изданные на тот момент книги Довлатова. Я засыпала с его книгами в обнимку. Читала все попорядку, иногда наоборот открывала книгу на первой попавшейся странице и читала, что выпадет. Я хохотала в голос и грустила. Довлатовский юмор, он знаете такой "смех сквозь слезы", он неповторим. Его нельзя объяснить, тебе или смешно или не надо читать Довлатова. На одном форуме дама задала вопрос

У Довлатова есть странная фраза:
"Самым большим несчастьем в моей жизни считаю гибель Анны Карениной".
Кто как понимает эту фразу???

Последовало множество объяснений и только один человек довольно точно ответил

это такой специальный супер-мега-тонкий чисто довлатовский юмор. Если сразу не поняли - то дальше не вникайте. Это не говорит о том, что Вы недостаточно развиты, просто у вас другой вкус..

Так и есть, Довлатова нельзя объяснить, его нельзя пересказать, его нужно читать и понимать твое это или нет.
Написать рецензию на книги Довлатова, на мой взгляд, сложнее чем на детектив. В детективе главное не наспойлерничать, а здесь.... его жизнь, его работа, гонения, борьба, не понимание, его внутренний мир... и Как об этом написать? Это нужно читать и чувствовать. Его цинизм заразителен, его харизма не отпускает до конца, гениальный подонок-алкоголик, чьи едкие метафоры и точные фразы пронзают и задевают за живое, за то живое что ещё осталось и не очерствело с годами.. .
Перечитывая книги в разные жизенные периоды, частенько мнение о них и героях меняется. Так например, читая первый раз, в возрасте 15 лет "Анну Каренину", Анна для меня была несчастной жертвой, а все вокруг были злыми монстрами, перечитывая ту же Каренину уже в возрасте 26, Анна для меня стала нервной эгоистичной истеричкой, а люди окружавшие ее виделись мне обладателями титанического терпения. То же например и с "Преступлением и наказанием" ... ну об этом как нибудь в другой раз. Так вот, перечитывая Довлатовский "Компромисс", я точно так же хохотала над той окружающей его нелепостью, над его саркастичеки точными метафорами и точно так же как и десять лет назад мне было грустно и обидно за этого замечательного человека, которого приняли и полюбили, но как сам Довлатов отметил : "слишком поздно"...

Компромисс
5 5
* * * * *
Не думай, и все. Я уже лет пятнадцать не думаю. А будешь думать – жить не захочется. Все, кто думает, несчастные…


Вот что за удовольствие - этот Довлатов! Читай хоть что с любого места, не ошибешься... А в этой книге вообще! Журналистика и журналюги во времена развитого социализма. Несостоявшаяся моя профессия... просто в один какой-то момент, учась на журфаке и имея уже опыт летней практики, отчетливо поняла - не моё. не смогу я, как виртуозно удавалось Довлатову, находить компромисс, приемлемый для советской газетной полосы, между реальностью и требующейся оптимистической иллюзией.

...Я вспомнил разговор с одним французом. Речь зашла о гомосексуализме.
- У нас за это судят! - похвастал я.
- А за геморрой у вас не судят? - проворчал француз.


Или надо было не думать. Совсем. Как советовал автору его друг-фотограф. Но так почему-то не получалось - видимо, привычка еще не сформировалась.
А у Довлатова получалось оно, вот это балансирование на грани между... Другой вопрос - чего это ему стоило, при таком-то критическом складе ума и умении подмечать сатирическую сторону любой вещи. Нервы все-таки не железные. Видимо, у этих бесконечных попоек и оттуда тоже ноги растут...

— Генрих Францевич, что касается снимков… Учтите, новорожденные бывают так себе…
— Выберите лучшего. Подождите, время есть.
— Месяца четыре ждать придется. Раньше он вряд ли на человека будет похож. А кому и пятидесяти лет мало…


Кстати, этот рассказ о юбилейном таллинском младенце мне больше всего понравился. Хохотали как ненормальные на пару с мужем... И так живенько вспомнился наш свердловский Союз журналистов, где сподобилась проходить практику, все эти разговоры, как лучше "подать", "донести", "отлакировать" то, что произошло на самом деле - чтоб и начальство было довольно, и читателям нравилось...
Впрочем, мир журналистики и сейчас далек от свободы, во всяком случае у нас. Так же приходится прогибаться и пригибаться. Можно и не так, конечно... но тогда могут убить. Или искалечить. Опасная и вредная профессия - журналист, куда там шахтерам.

Компромисс
5 5
* * * * *
Не думай, и все. Я уже лет пятнадцать не думаю. А будешь думать – жить не захочется. Все, кто думает, несчастные…


Довлатова я люблю. Люблю его юмор, иронию, сарказм и вообще отношение к жизни и людям. Ведь какими бы ни были его герои они не оставляют тебя равнодушным. Все персонажи его книг Живые Люди, каких можно встретить повсюду.

У хорошего человека отношения с женщинами всегда складываются трудно. А я человек хороший. Заявляю без тени смущения, потому что гордиться тут нечем. От хорошего человека ждут соответствующего поведения. К нему предъявляют высокие требования. Он тащит на себе ежедневный мучительный груз благородства, ума, прилежания, совести, юмора. А затем его бросают ради какого-нибудь отъявленного подонка. И этому подонку рассказывают, смеясь, о нудных добродетелях хорошего человека.
Женщины любят только мерзавцев, это всем известно. Однако быть мерзавцем не каждому дано. У меня был знакомый валютчик Акула. Избивал жену черенком лопаты. Подарил ее шампунь своей возлюбленной. Убил кота. Один раз в жизни приготовил ей бутерброд с сыром. Жена всю ночь рыдала от умиления и нежности. Консервы девять лет в Мордовию посылала. Ждала...
А хороший человек, кому он нужен, спрашивается?..

Довлатова можно разбирать на цитаты бесконечно. Его 12 компромиссов с газетой "Советская Эстония" не разочаровали. Довлатов в своей угрюмо-ироничной манере повествует о буднях журналиста. Вечных компромиссах с редакцией и кучей цензоров в виде тогдашней власти.

Бескорыстное вранье — это не ложь, это поэзия.

Книга понравилась. Заслуживает 5 из 5.

Компромисс
4 5
* * * * *

в повести Довлатов, что называется, из первых рук, пишет о своей жизни и работе в Таллине. иногда смешно, иногда печально, но всегда неизменно иронично, с отменным чувством юмора
вся книга разделена на 12 глав (компромиссов), каждую из которых предваряет газетная статья, а далее описывается как оно было на самом деле. Между первым и вторым - разница колоссальная! таким нехитрым способом писатель показывает, что а газеты попадает совсем не то, что было в реальности, а сама реальность сильно приукрашена и искажена

Компромисс
5 5
* * * * *
Еще находясь под впечатлением от "Короля-Солнце", и уже листая только что полученную книгу "Ришелье", могу сказать следующее:
такие вещи упускать нельзя!! Какое полиграфическое исполнение, какие точно передающие атмосферу того времени иллюстрации..!
Изумительная книга!
Цена хоть и не маленькая, но стоит того - это точно! Торопитесь, тираж совсем маленький, и уверяю Вас, очень скоро книга станет большой редкостью!
Компромисс
5 5
* * * * *
Биография кардинала Ришелье, чей образ больше всего знаком по книге "Три мушкетера". Правда, образ художественный и мало соответствующий действительности.
Репринт французского издания 1910 года. С русским переводом. Разумеется, отличная полиграфия, как и все от "Вита Нова". Ну и шедевральные гравюры Мориса Лелуара из-за которых эту книгу в основном и покупают.