Братья Карамазовы, размер 229x152x41 мм

Эта книга будет изготовлена в соответствии с Вашим заказом по технологии Print-on-Demand. Воспроизведено в оригинальной авторской орфографии
Автор Федор Михайлович Достоевский
Издательство Книга по Требованию
Язык русский
Год выпуска 2010
ISBN 978-5-4241-0627-9
Переплёт мягкая обложка
Количество страниц 804
Размер 229x152x41 мм
766
Купить »
История изменения цены:
Средний отзыв:
4.5
Братья Карамазовы
5 5

Что это было? Фёдор Михайлович всё нутро мне выморозил, пока я мучительно медленно читала роман. По его строчкам хочется лететь, узнать, что же там дальше, как же там всё будет, но к ногам словно пудовые гири привязаны.

Удивляет меня, что постоянно в комментариях к «Братьям Карамазовым» слышу что-то вроде «русский характер», «русская душа», «русский». Какая разница? Мне показалось, что это универсальная энциклопедия мятущейся души человеческой, без каких-то национальных признаков и уж тем более без пресловутой гордо-жалкой «русской ментальности». Все мы люди, все мы братья, все мы Карамазовы, кто-то больше, кто-то меньше. Карамазовым повезло чуть меньше, чем остальным — они-то Карамазовы на все сто процентов.

Напиши хоть тысячу рецензий, все будут о разном, поэтому дальше немного о том, что больше всех зацепило именно меня, — характеры.

Братья Карамазовы
5 5

Тонкая книга

Ну да, на 900 страниц. Ну, тогда – глубокая. Так лучше.

Она действительно и снаружи, и изнутри похожа на шкатулку, в которую Достоевский на протяжении лет складывал что-то очень тяжелое, твердое, но все равно бьющееся. А я, пока эту шкатулку или даже сундук, перерывал, все это извлекал, стараясь ничего не уронить.

А если без метафор, пафоса и прямо, то я пересекался только с одной книгой, которая вызывает больше мыслей и чувств. Но о той книге я пока не решусь писать.

Меня многое поразило и оставило свое впечатление:

1) Размышление о доверчивости Отелло почти вводит в ступор. Разве не правда? Ревнивый не способен убить никогда. Он даже уйти, бросив, зачастую не в силах. Он готов что угодно пережить, чтобы только ему помогли поверить, что больше его доверием не пренебрегут. По-другому бывает редко. А вот безоглядно верящий скорее задушит обманувшую его мечту. Это я вам говорю, как очень доверчивый ревнивец. Спасибо вам, Уильям, Александр и Федор!

2) Эта книга иногда может служить комментарием к Библии. При чем, нечаянным, что, наверное, даже лучше. Первым чудом Христа стал случай с вином в Кане. Свадьба, радость и нескрываемое веселье в этом эпизоде опровергают хитрые попытки уличить Библию в том, что Христос – он лишь для обездоленных и несчастных.

3) Мать Красоткина. Она не была счастлива с ним. Вечная боязнь за него, переживания делали ее страдания несоизмеримо большими, чем нечастые моменты радости. К счастью, для нее такое положение дел было не так заметно, как для нас.

4) «У них всякой мерзости гражданское оправдание есть!» Чиновники, социалисты и атеисты. Достоевский этой своей незамысловатой фразой, мне кажется, даже опередил свое собственное время.

5) Во время процесса защита и обвинение относятся друг к другу настолько почтительно, что я, кое-что знающий о судах, почти не мог в это поверить. Даже читатель не может относиться без уважения ни к одной из противоположных сторон.

6) Русский язык изменился гораздо меньше, чем я думал. «Отмочить», «порисоваться», «олух», «надул» - мы до сих пор пользуемся языком Достоевского. А это, дамы и господа, - повод для оптимизма.

И, наконец, самое главное, что я понял.
Один и тот же человек способен разрываться на клочки личностей, которые поочередно им обладают. И тогда я мечусь между идеями и сценариями, стараясь выбрать чистоту и поделиться, даже навязать ее всем. Я – Алеша. Но так было вчера, а сегодня меня переполняют уже беспечность и похоть, потому что Митя во мне так же силен. Пресытившись, я становлюсь угрюмым и до безрассудности рациональным Иваном, хочу понять, вникнуть, изучить себя и постигнуть вселенную и не могу, и мучаюсь, и озлобляюсь, давая волю себе. Смердякову. Все это я, а не только они.

Кто из них возобладает? Мне почему-то кажется, что это зависит от того, забуду ли я когда-нибудь Илюшечку.

Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Иоанна 12:24).
Братья Карамазовы
5 5

Ох, измучил меня Фёдор Михайлович. Совсем истерзал. Вымотал настолько, что аж сил нет. Тяжкий труд читать подобные книги. В голове творится чёрт знает что, внутренности в узел завязываются, а слёзы так и норовят все вылиться наружу. Хочется схватить первого же встречного на улице и закричать ему в лицо: «А знаешь ли ты, мил человек, что Достоевский – это наша гордость, святыня и спасение? Так слушай же его заветы и внемли им, бедный ты человечишка. Виновен! Ведь и ты виновен, и я вместе с тобой, в том, что преступления совершаются, что люди дохнут, как насекомые! Иль ты не понимаешь, что всё это наших с тобой рук дело, что это мы, род людской, сами же себя губим вместо того, чтобы уважением и добротой друг к другу проникнуться?» Но не поймёт человечишка, плюнет на эти пламенные речи, да и пойдёт себе дальше, своей дорогой, недоумевая, о чем ему толковал этот сумасшедший. Ведь люди-то большей своей частью слабы и бесхребетны, да и всё им равно, о чём в книжках умных пишут. Вот тут-то и вспоминаются слова Достоевского, что в силу своей слабости и тщедушия человек не нуждается в этой самой свободе, о которой с таким упоением философы и псевдомыслители рассуждают, а нужен ему пастырь, поводырь, покровитель, начальник, в конце концов, чтоб решения за него принимал, направлял и жизни учил. На кой чёрт она ему эта свобода, коль он не знает как ей пользоваться? Ведь, получив её, он тут же помрёт со страху и беспомощности, а иной в силу озлобленности своей на весь свет Божий так и перебьёт всех вокруг. Нет, людей в узде держать надо. И Бог им для того и нужен, чтоб чрез веру свою и поклонение себя в подчинении сберегать, сдерживать свои разрушительные начала и на искупление грехов надеяться. Для того, наверно, и придумали Бога-то.

Ох, сложно всё это, аж душу щемит. А вот взять хотя бы тему преступления и наказания, о которой Достоевский снова речь ведёт. Тоже ведь темочка-то непростая. Но ведь прав же он! Прав! Всё равно прав! Тысячу раз прав! Сами-то поглядите внимательнее. Вот убивает человек другого человека - получает за это двадцать лет каторги. Правильно это? Законно? Конечно, правильно и законно. А ежели не убил он, а лишь подумал об убийстве, в сердцах на людях несколько раз крикнул, что убьет гада этого, обидчика своего? А гад-то убитым вдруг и оказался. Но он не убивал. Убил уж известно кто-то другой и следы свои замёл, подставив тем самым несчастного. А несчастного этого всё равно судят и к двадцати годам каторги приговаривают. Зачем же так поступает Достоевский? Что сказать этим хочет? Опять же сложно судить об этом, коль далёк ты от такого значительного ума, каковой у Фёдора Михайловича наблюдается. Однако понять кое-что всё-таки можно и мысли кое-какие по этому поводу озвучить.

Ну вот, например, убил ты другого человека – иди в тюрьму. Не убил – будь свободен, голубчик. Это мы уже всё поняли и всё это логично. Но у Достоевского не всё так просто и однозначно. Федор Михайлович говорит, что ежели ты лишь только помыслил об убийстве, лишь только представил его в своей голове, даже и не совершил ничего противозаконного, то и тогда получай наказание, неминуемую расплату, ибо даже такие мысли, ужасные, ничтожные мысли должны наказываться, чтобы не случилось затем настоящей трагедии. Нельзя, ни в коем случае нельзя допускать себе думать об этом. Разрушительные это мысли, которые неизбежно приведут к разрушительным же действиям. И чем больше в обществе таких людей, размышляющих в гневе об убийстве ближнего своего, иль хотя бы об избиении его, тем больше вероятность совершения злодеяний. О том и говорит Достоевский, демонстрируя в качестве примера одного из своих персонажей и заставляя его страдать за одни лишь инфернальные помыслы, которые даже и не привели в итоге к конкретным губительным поступкам. Подумал, но не совершил – всё равно получай неминуемую расплату. Но опять же в этом вопросе не всё так однозначно. А в жизни так вообще очень даже сложно. Одно я знаю наперед, что думать надо с позиции добродетели и милосердия. И тогда жить захочется, и любить, и верить, и добро нести другим людям. А то, что сейчас происходит в обществе, да и во времена Достоевского происходило, то это самый настоящий культ насилия и подавления чужой воли. И в этом, как это ни печально, виноваты мы все – и пастыри, и овцы. Кто-то им, шибко умный, сказал однажды, что всё дозволено, вот они и принялись рушить всё вокруг, хотя – уж это я знаю наверно – есть ещё добродетель в нашем грешном мире.

Много о чём ещё заставляет размышлять наш великий писатель и философ. Много серьёзных проблем поднял он в «Братьях Карамазовых» и очень глубоко копнул, обличая их и показывая «во всей красе». Буквально по печёнкам саданул, согнуться пополам заставил от тяжести мыслей таких значительных. Всё-то тут, в «Братьях Карамазовых», есть. И нравственные проблемы, и философские, и религиозные, и социальные, и политические, и проблемы отцов и детей, которые здесь представлены в несколько ином ключе - не в тургеневском. И всё это поражает настолько, так берёт за душу, что выть хочется от тоски, плакать от боли и смеяться от счастья, а главное внимать словам Фёдора Михайловича и пытаться что-то изменить к лучшему, по крайней мере в себе уж точно.

Братья Карамазовы
5 5
…все совершенно, все, кроме человека, безгрешно.

Прочитала...Не смогла сомкнуть глаз до самого утра. Лежу совершенно обессиленная и опустошенная, без единой мысли в голове, потрясенная до самых невидимых глубин души, утратив все эмоции. Прихожу в ужас от единственного, но явного чувства: я робею перед ним... Масштабное, глобальное, фундаментальное Творение великого и сильно любимого мной Достоевского - оно меня подавило своей гениальностью. Оно меня смутило. Не знаю, будет ли еще одно пришествие, сотворит ли кто-нибудь нечто, хотя бы, мимолетно похожее, чем-то напоминающее и как-то отражающее то, что изваял Достоевский, но знаю одно - никто никогда не сможет до конца проникнуть в Мысль автора, в суть, в переживания его богатейшего ума и души, понять и осознать в полной мере то, через ЧТО проходит/прошел, читая/прочитав этот Памятник русской классики, ввергающий разум в хаотичные рефлексии.

Я не дерзну написать об этом Труде такое громкое и претенциозное понятие, как рецензия. Это слишком смело, слишком самонадеянно и непосильно. Попытаюсь всего лишь оставить заметку, для себя. Чтобы время от времени возвращаться к ней и вновь почувствовать, как во мне все ликует, ощутить, как огромной волной накатывает восхищение и радость от того, что мне посчастливилось прочитать нечто Великое.

Семья Карамазовых... не Россия ли это того времени, воплощенная в цельную картину? Реальность, обрамленная в раму, чтобы не разбежались, не потерялись те самые детали, невидимые неопытному глазу и неискушенному уму, превращающие книгу в шедевр. Россия, замкнутая в клетку, Россия, протягивающая руки сквозь колючую проволоку, Россия, суженная до размеров ада, под названием Скотопригоньевск.
И не семья вовсе, а ячейка, гниющая изнутри, смердящая и разлагающаяся, где происходит столкновение и жестокие схватки родных по крови, но абсолютно чужих и далеких друг для друга, людей. Сцена, на которой не нужны никакие декорации и вспомогательные штрихи, чтобы прочувствовать атмосферу, обнажающую самые неприглядные стороны человеческой натуры. Духовный распад, влекущий за собой страшные пороки, от которых хочется заткнуть уши или ослепнуть, чтобы не знать.

Главный носитель Зла, позорное пятно и язва - отец семейства, Федор Павлович. Развратник и безнравственный эгоист, подлец и хитрюга, считающий, что все продается и покупается. Он отрекся от всего того, что называют высокими моральными ценностями, опустился на самое дно, где стирается личность, уступая место деградирующему монстру.

Старший сын, Дмитрий Карамазов, соперник своего отца в любовных интригах. Их ненависть обоюдна, она переходит границы, превращая обоих в лютых врагов. Отца и сына...
В Мите столкнулись два Начала, две стихии - Добро и Зло. Он запутался и барахтается в расставленных им же самим, силках. Он не понимает себя, пытается выбраться на твердую почву, но каждый раз погружается в омут своих стихий, перемешиваясь то с Добром, то со Злом.

Средний сын, Иван Карамазов, пленник своего внутреннего зверя, непримиримого и отрицающего. Обладатель глубокого философического склада ума и автор легенды "Великий инквизитор", вкрапленной в роман, как одна из основных и цельных деталей общей картины. Она, своего рода, вызов, кульминация и смысл.

Младший - Алеша Карамазов... Именно его Достоевский выделил жирным "красным" шрифтом. Именно к нему показал свою благосклонность и одобрение. Алеша после смерти матери решает стать послушником и уходит в монастырь. Он - то самое Добро и Спасение, которого ожидает мир - на него вся надежда. Смерть старца Зосимы возвращает Алешу людям. Он как отдушина, а точнее, окно, которое нужно распахнуть, чтобы впустить поток чистого воздуха. Митя прислушивается к нему, Иван проходит мимо, чуть дотронувшись взглядом.

Лакей (и не только по должности) Смердяков, по слухам, незаконный сын Федора Павловича и Лизаветы Смердящей... Само имя говорит за себя. Смердяков - это надругательство над лучшим, что есть в человеке. Он - не то что ошибка, он - огромная зияющая пустота в мироздании, это неизлечимая болезнь, подтачивающая, разрушающая и убивающая исподтишка.

Сказать, что это произведение на все времена, прозвучит банально. Оно настолько многоплановое, в нем столько пластов и ступеней, что оно напоминает величественную башню, пик которой теряется где-то в небесных высотах, недоступный взору. Это в первую очередь, художественный религиозно-философский труд. Это огромная семейная сага, мастерски выдержанная во всех тонах, составляющих основу жанра, и умело заштрихованная вспомогательными деталями, такими как второстепенные персонажи и бесподобная авторская манера описания действий и декораций. Прекрасно продуманная сюжетная линия с преступлениями, тайнами и бушующими страстями - это еще один остов, не менее важный и мощно прописанный, на котором держится все это грандиозное Полотно, ставшее Достоянием целого народа.

А главное, "Братья Карамазовы" - это намек Достоевского на то, что лишь одно может спасти Человечество от нравственного упадка, к которому оно так плавно катится: искренняя всеобъемлющая любовь к Творцу, Человека к Человеку и к всеобщей матери-родительнице Природе. Вот он - высший идеал, именно к нему должен стремиться каждый! Не в одиночку, а сплоченные в неразрывной цепи - звеном в звене.
Это последнее творение Достоевского, его последнее обращение, последний крик души. Наверно так.

Дальше...

Братья Карамазовы
4 5
Давно забытая книга и давно хотимая хотелка, или
Йес, я сделал ЭТО! :-)


Какой абсолютно плотный текст! Такой плотный, что совершенно невозможно просунуть ни единую отвлечённую, постороннюю, не связанную с читаемым текстом мысль. Или чувство. Или ощущение. Вообще ничего нельзя. Потому что сразу разваливается эффект присутствия, эффект нахождения в одном месте с нашими героями и практически соучастия в их разговорах, ссорах и спорах, метаниях и терзаниях... Конечно, это ощущение плотности текста усиливается ещё и некой старомодностью, а то и архаичностью литературного языка. Порой некоторые предложения приходится сначала привычно пробегать глазами, потом прочитывать их внутренним монологом, а потом добавлять полушёпота, чтобы уже посредством произносимых звуков окончательно понимать говоримое персонажами книги. А это уже теперь совершенно непривычно и диковато (то ли дело множество современных книженций — махнул глазом по странице, и можно переворачивать! Причём зачастую не только страницу, но и саму книженцию...) :-)
Знаете, чему я завидую, читая эту книгу? Умению автора и его героев не врать самому себе. Смотреть на себя не через преломляющую призму и не через очки любого цвета и оттенка, а неприкрыто говорить себе и другим о себе же правду, самую простую и ужасающую в своей правдивости. Ведь каждый из них, в принципе, знает самому себе истиную цену, и видит своё собственное "отражение" не искажённым и не замутнённым. Хотя многие из героев и персонажей привыкли к "ролевым играм" на публику, а отдельные "личности" попросту погрязли и полурастворились в играх такого рода. Этакий непитательного вида и содержания бульон-коацерват получился... Однако же и полностью освободить самоё себя от исполняемых в этом театре под названием "Жизнь" ролей почти никто из "игроков" не хочет, не стремится. Разве что Алёша Карамазов искренен и открыт до предела, да и то лично я ему сохранение каких-то лично значимых для меня тайн не доверил бы, уж очень бесхитростен...
И, Боже мой!, какие тут кипят страсти! Причём страсти не внутри себя, когда душа скукоживается или разлохмачивается вдрызг, а внешне человек сохраняет некую видимость спокойствия и благопристойности, нет, тут всё происходит открыто, практически напоказ. Вот уж воистину страстотерпцы... Целый трактат "О страстях" получился, в четырёх книгах (в дополнение к уже существующему).
Совершенно не хочется писать о разного рода богоборческих, богоискательских, богофильских и боговерческих Идеалах и Идеях, содержашихся в этой книге. Равно как и о идеях и идеалах нравственной и этико-моральной модальности. Потому что обо всём этом и сказано и написано столь много и столь профессионально, что все собственные рассуждения на эти темы могут показаться, а скорее и не показаться, а оказаться жалкими и несовершенными. Конечно, главы "Бунт" и "Великий Инквизитор" потрясают и обнажают самую суть и сущность, но вряд ли мои личные комментарии к ним могут что-то добавить или обострить в написанном Достоевским. Могу только сказать, что эту книгу я читаю в возрасте уже довольно далеко за пятьдесят, и при всём при этом она воспринимается и свежо и современно и актуально. И, конечно же, многие ситуации и рассуждения автора и героев книги примеряются на самого себя, а кое-что в прочитанном попросту узнаётся или вспоминается как что-то глубоко личное и полуинтимное. Что ж, тем и велик и уникален Достоевский — своей универсальностью и вневременностью.
Вряд ли эту книгу стоит читать молодым людям в возрасте лет этак до 18, а то и до 20 (хотя речь в этом случае может идти только о возрасте психологическом), ибо сомнительно, что на несозревшую душу слова и строки этой книги окажут должное воздействие.

Братья Карамазовы
5 5
Или ты забыл, что спокойствие и даже смерть человеку дороже свободного выбора в познании добра и зла? Нет ничего обольстительнее для человека как свобода его совести, но нет ничего и мучительнее.


Есть книги, чтение которых можно назвать духовным Поступком, практически Подвигом. Чтение которых очень много дает, но требует при этом также очень многого: многих духовных и душевных сил, внутренней отдачи, напряжения; внутренней непрекращающейся работы, в конце концов. «Братья Карамазовы», несомненно, такова. Это не просто литературное произведение, это, я бы сказала, некий философско-богословский трактат, только окутанный интересным сюжетом (наверное, даже с некоторой примесью экшна).

Итак, три брата. Или четыре? Автор, наряду с тремя братьями, выводит на сцену фигуру Смердякова, который лишь по слухам является побочным сыном Фёдора Павловича. Смердяков-лакей, варящий своему барину борщ. Смердяков-сын, которому не светит ни кусочка, ни крошки наследства, даже при внезапном соизволении отца вообще оставить это наследство. Замечательный образ «промежуточности», сочетание гордости и услужливости, трусости и высокомерия. И я думаю, можно по праву называть его Карамазовым (почти-Карамазовым?).

Итак, четыре брата и их отец, который как бы и не совсем отец во всех четырех случаях. Ведь что такое отец? Тот, «кто родил»; тот, «кто воспитал»; тот, кто им, по крайней мере, назвался? У меня сложилось убеждение, что все эти Карамазовы – это отражения одного и того же, как будто одну большую личность осветили с разных ракурсов, в разные периоды и моменты. Алёша, несомненно, - олицетворение всего самого светлого, быть может, даже наивного. Достоевский называет его главным героем своего романа, - почему же? Хотел ли он показать тем самым, что «карамазовщина»-то карамазовщиной, а вот это доброе и чистое, «детские глазёнки», оно есть и в карамазовщине, мало того – есть, оно - главное? Если пороки и страсти, унижающие личность, испепеляющие и поражающие, повреждающие её, берут верх, всё равно есть в ней то светлое, о чём не должно забывать. Вот сцена возле камня: Алёша говорит мальчикам-школьникам об этой памяти – памяти обо всем хорошем и добром, что есть сейчас в их сердцах; чтобы ни при каких обстоятельствах жизни они не забыли эту минуту, что именно это, возможно, удержит их в самый злой час от непоправимого шага. Исполнит ли сам Алёша этот завет?..

Нет, охватить все стороны и глубины этой большой карамазовской личности мне сейчас просто не представляется возможным. Это как попытаться охватить всё человечество: ведь все мы такие разные, но все так похожи. А ведь Достоевский именно это и делает: он выписывает аккуратненько каждую черточку, он широкими мазками рисует буйство страстей, показывает мучительные движения мысли и совести, противоречия и причудливые изгибы ума и души. Внезапно меня посетило откровение: Фёдор Михайлович точно убивал! Тут же, кстати, вспомнила «Преступление и наказание». Как он может так точно описывать чувства убийцы? А потом подумала: а я-то откуда знаю, что точно?..

«Братьев Карамазовых», несомненно, необходимо перечитывать. Книга, с одной стороны, приковывающая внимание, не дающая работать, спать, есть, но читающаяся при этом так тяжело и болезненно. Эти поступки и мысли, в которых бесконечно узнаешь себя. Этот суд, который длится и длится: тебя справедливо обвиняют и так же справедливо защищают, и теперь не важны улики, потому что только ты сам знаешь, как бесконечно виноват ты перед всеми людьми, виноват перед каждым и за каждого, и при этом так же бесконечно не виновен, потому что существует прощение, потому что существует любовь и милосердие. Этот Бог, который имел слишком большое уважение к своим созданиям и наделил их той самой свободой выбора, с которой им так теперь мучительно невозможно жить. Этот дьявол, который преследует, является, баламутит и путает всё, так что уже не разобрать, где ты, а где он.

Начиная говорить, я задавала себе вопрос: а стоит ли? Стоит ли пытаться объять необъятное? Ведь Достоевский для меня – это слишком неприкосновенное, это как раз то, о чем я стараюсь молчать. Это даже не любимый писатель, это – больше. Воздействие на меня его книг настолько велико, что я, в прямом смысле этого слова, боюсь их читать. Если представить личность человека как совокупность нескольких слоёв: этаких пластов, уровней, - то Достоевский проникает в самые глубины, в самые основы личности, походя затрагивая эмоциональные и интеллектуальные слои. Он метит в слишком «подкорочное», в самое, наверное, важное: в то, откуда начинается, на чем зиждется личность. И это страшно, это тяжело – это как ворошить фундамент: мол, как он вообще? Хорошо ли, качественно устроен ли? А может, всю остальную постройку-надстройку надо к чертям сносить и перезакладывать этот фундамент? Вот оно что.
И да, мы все виноваты. Мы все убивали.

Отцы и учители, мыслю: "что есть ад?" Рассуждаю так: "Страдание о том, что нельзя уже более любить".
Братья Карамазовы
5 5

«Братья Карамазовы» – это одно из тех произведений, которые в рекламе не нуждаются. Его читали и будут читать, что бы ни говорили рецензии. На него действует тот загадочный социальный механизм, распространённый среди читателей, называемый «все уже читали, а я ещё нет». Даже более того, оно оставляет в душе чувство, сравнимое с совершением чего-то важного в жизни. Вы закрываете книгу и понимаете, что ни одна минута чтения не прошла даром, а это чего-то да стоит. Вот только всё в нём на вкус горькое, даже периодически мелькающий юмор. На книгах Фёдора Михайловича вообще можно смело писать: «Осторожно! Депрессия, тоска и сильнейшее книжное похмелье». А на моей рецензии стоило бы где-нибудь приписать, что возможны спойлеры.

Достоевского я всегда изо всех сил пытаюсь прочитать быстро. Каждый раз пытаюсь, и каждый раз не получается. Не в том дело, что мне что-то не нравится и хочется от него поскорее избавиться, наоборот, Фёдора Михайловича я уважаю всем сердцем, но удовольствие от его книг могу получать примерно настолько же, насколько человеку может быть приятно получать заботу во время болезни: прекрасно чувствовать внимание и отдыхать, но как же, чёрт возьми, плохо временами. Странное дело, но плохо становится не столько из-за того, о чём ты читаешь, не из-за судьбы персонажей, как обычно, а от мыслей, которые косвенно возникают при этом. И в моём случае это явно не те мысли, которые Достоевский хотел бы вызвать в читателе. Яркий тому пример религия. Фёдор Михайлович был человеком глубоко верующим, убеждённым, что православие – сама душа русского народа, что главное зло – это безверие. А меня его слова и примеры из Библии повергают в атеистические настроения. Но это уже вопрос сугубо личный, к книге не относящийся, по крайней мере, к этой.

Я больше склонен считать «Братьев Карамазовых» книгой не об отцеубийстве, а просто об убийстве. Никто из персонажей семьёй убитого себя не чувствует, ни о каких родственных привязанностях речи не идёт, максимум – о симпатии, которую могут испытывать друг к другу даже просто знакомые. Впрочем, не само убийство здесь важно, как его ни назови, а те морально-нравственные терзания, которые оно порождает. Герои действительно раскрываются только после того как трагедия происходит. Почти все. Кроме Алёши. Того самого Алёши, которого Достоевский зовёт своим главным героем. Когда утихают эмоции и мысли после последних глав, когда постепенно перестаёшь задаваться вопросом о возможности Митиного побега и выздоровления Ивана, вдруг обращаешь взгляд на Алёшу, который практически всё время остаётся в тени событий.

Сейчас ни для кого не секрет, что «Братья Карамазовы» – это только часть большой истории, центром которой и должен был стать Алёша. Первоначально замысел носил название «Атеизм», после трансформировался в «Житие Великого грешника». Сохранилась масса писем и черновиков, посвящённых идее, работе над которой Достоевский отдал не один год. По словам самого автора, это должно было стать его величайшей работой, но, увы, судьба распорядилась иначе. Сложно сейчас судить, какая жизнь ждала бы Алёшу в дальнейшем, но для того, чтобы уяснить себе, что лёгкой она не будет, достаточно одного названия. Хотя, что там греха таить, достаточно и одной только фамилии Достоевского на обложке. Но тем интереснее наблюдать за молодым и всё ещё полным светлых надежд персонажем, искать за едва ли не чрезмерной положительностью первые проблески «Великого грешника».

«Братьев Карамазовых», на мой взгляд, нужно прочитать хотя бы раз в жизни. Не потому, что «все уже прочитали», не ради того самого чувства, будто взобрался на огромную гору, не только потому, что здесь потрясающие колоритные герои и цепляющая история. Достоевского безжалостно заставляет читателя думать. Поэтому так сложно читать его быстро. Но читать его всё-таки нужно, чтобы хотя бы начать искать ответы на вопросы, которые вы даже не думали никогда себе задавать.

Братья Карамазовы
5 5

ВОЗМОЖНЫ СПОЙЛЕРЫ!
Я не знаю,что написать об этой книге. Не знаю. Это бывает в двух случаях:когда книга ужасна и когда она гениальна. "Братья Карамазовы" - это,бесспорно,второй случай. Поэтому писать рецензию будет сложно. Я опишу лишь свои,возможно,сумбурные и бессвязные впечатления.

На мой взгляд,Дмитрий,Иван и Алексей Карамазовы - это три стороны каждого из нас. Они так близки,так понятны всем,не правда ли? В каждом из них есть много хорошего.

Митя... Ох,как я жалела его во время суда! Мне хотелось вслед за ним крикнуть:"Пощадите! Не отнимайте Бога! Пощадите..." Когда человек просит милосердия и снисхождения,их нужно дать ему во всей полноте! И только это будет истинно христианским поступком! Только милосердие,снихождение и жалость способны отвести его от края той страшной бездны,в которую он заглянул и готов уже рухнуть... Но вот что будет с Митей? Кто знает...
Убежит ли он? "Я уже и теперь ненавижу эту Америку! Да я там издохну!" Но что же? Неужто придется "двадцать лет рудничков понюхать"? И что с ним после этих "рудничков" будет-то?! Мне страшно за его дальнейшую судьбу. В обоих случаях.

Точно так же страшно за Ивана. Он сам подошел к краю бездны. Сам губил себя. И знал,что губит. Он поистине "вернул Богу билет",поднял бунт против Него. Этот бунт (как,впрочем,и всегда у Достоевского) есть проявление душевной тоски по Богу... Не всегда человеку дается горячая вера. Иногда ее нужно искать и жаждать,а когда поиск ни к чему не приводит - остается только погубить себя. Если ты не можешь принять Бога,искренне,свободно полюбить Его,то,стало быть,Его нет - значит,"всё дозволено". Такова логика Ивана Карамазова. Он знает,что эта логика пагубна,но не может ей изменить.
Но его душа жаждет Творца,ищет Его... Этот поиск воплощается в "Легенде о Великом инквизиторе". Давно уже я не читала ничего такого сильного и завораживающего,как эта глава. И ведь все,что там написано, - правда от первого и до последнего слова. Мы должны сами идти за Христом,должны свободно делать свой нравственный выбор. Потому что свобода человеческая - это дар Божий,который никто не вправе отнимать. Поэтому слова Великого инквизитора:"Мы исправили подвиг Твой" - поистине страшны. Как страшен и его вопрос:"Зачем Ты пришел нам мешать?"

Об Алеше мне написать нечего. Потому что это человек такой редкой чистоты,такой искренности,что просто захватывает дух и не остается слов. Он необыкновенно чутко и скоро отзывается на чужое горе и страдание. На таких людях держится мир. Они не дают ему погибнуть и захлебнуться. В это верил Достоевский. И я тоже в это верю. И пусть людей,подобных Алеше,ничтожно мало,но пока они есть - можно жить. Это о них Фёдор Михайлович сказал:"Красота спасет мир".

Напоследок скажу несколько слов о Снегиревых. Такая бездна горя в этой семье. Ужасно просто. Достоевский написал о них с горячим сочувствием и болью. Больно смотреть на горе отца после смерти Илюши. Так больно... Эти последние страницы огромного романа опустошили меня.

И теперь я точно знаю:когда литературные критики пишут о том,что "Братья Карамазовы" - это вершина творчества Фёдора Михайловича Достоевского и одно из лучших произведений русской классической (да и мировой) литературы - то они говорят правду. Эту правду я ощутила на себе.

Братья Карамазовы
5 5

На календаре весна, но зима не желает уходить.
За окном чистое голубое небо, светит солнце.
Я закрываю книгу "Братья Карамазовы", которую прочитал за 3 недели. Отрываю пачку сигарет Pall Mall. Подхожу к окну.
За окном появился ряд белоснежных облаков.
Нервно курю. 3 недели за одной книгой. Для меня это слишком много. Но оно того стоило. Старый Федор вырвал из меня душу нигилиста и прополоскал в своем видении православия. Этот человек явно был не очень нормальным. Страшно представить, что творилось в голове этого человека, когда он писал "Братьев Карамазовых".
За окном появились тяжелые серые тучи.
За простеньким сюжетом скрыты все знания о человеческой душе. Три типажа, три брата специально описаны слегка грубовато, чтобы читатель сам мог додумать их черты. Подставить характер каждого под свое виденье. И в одном из троих читатель обязательно узнает себя. Конечно, если у него есть фантазия и разум.
Небо стало свинцово-серым.
К несчастью, мне симпатизировал средний брат. Иван.
Говорят, чтобы стать мудрым человеком, достаточно прочитать 10 книг, но чтобы найти эти 10 нужно прочесть тысячи. Я рад, что нашел одну из этого десятка. Величайшая книга всех времен. ИМХО.
Свинец неба начал сдвигаться. Сквозь трещины начал быть свет, разрушающий пространство.
Школьную программу создавал мудак и пидорас. Ибо если подобные книги читать в школе - увеличится процент подростковых самоубийств. Как же хорошо, что школьники не читают наших бородатых классиков.
Небо стало красных. Каждый атом вселенной пронзил звук горна, издающийся с небес.
Короче, ничего более связного я не могу сказать про самую великую книгу в истории человечества. А "Братья Карамазовы" и есть величайшая книга.
Небеса разверзлись. На землю спустился архангел Михаил. Он нес в своих руках весы. По левую руку от него стоял архангел Гавриил. Гавриил держал в руках обвинительный приговор для Сатаны.
- Кто будет защищать тебя, Дракон? - заговорил спокойным голосом Михаил. Страшный суд начался.
Земля задрожала. Кора планеты рухнула и в наш мир взошел Сатана на огненном троне. Дьявол гордо смотрел в лица своих обвинителей.
- Сейчас появится... - равнодушно сказал Дьявол.
- Боже! Не ты ли виновен в том, что мы сейчас на суде Страшном судим одного из любимых сыновей твоих? Не по-христиански, отец Всевышний так обижать детей своих! - воздух пронзил голос пожилого мужчины, появившегося из неоткуда. - Самый чуткий венец красоты Сатаниил возгордился и пошел супротив Бога своего! А всё почему? Ибо ты, Боже, не уделял внимание ему. Право выбора отнял! Что ответишь на это, Дух Святой?
Михаил закрыл ладонями лицо.
- Мы пропали, Гавриил, - шепотом сказал архистратиг. - Сатана вызвал человека, всю жизнь искавшего Бога, но защищавшего Дьявола. Против Федора Михайловича даже у небес нет аргументов...

Братья Карамазовы
5 5
Люди принимают всю эту комедию за нечто серьезное, даже при всем своем бесспорном уме. В этом их трагедия. Ну и страдают, конечно, но... все же живут, живут реально, не фантастически; ибо страдание-то и есть жизнь. Без страдания какое было бы в ней удовольствие - все обратилось бы в один молебен: оно свято, но скучновато.


А есть ли хоть один герой у Достоевского, кто не страдает? Кто счастлив, спокоен, в гармонии с самим собой? Разве что Перезвон, он доброго хозяина обрел и ему служит. А остальные - мятущиеся, исковерканные души. У Алеши одного стержень, но разве ему-то спокойно? Слишком он хорошо людей понимает. Ему для спокойствия в пустыню бы надо, но не сможет. Как и Митя в Америку не сможет, как Иван не сможет сомнения свои разрешить... А хорошо, что книга не закончена, так хоть надежда какая-то остается.

Я ни одного священника лично не знаю. И старцев никогда не встречала. Только настоящий праведник и подвижник всегда представлялся таким, как старец Зосима. Как жаль, что нельзя к такому человеку прийти. Нет, ни как на исповедь, а как он с бабами перед кельей разговаривал. И не важно, был он на самом деле провидцем или просто хорошим психологом. Помогал - и все. А от таких, как отец Ферапонт - мороз по коже, хотя... может быть, с точки зрения церковного устава, он-то и есть праведник? Но рядом с таким человеком чувствуешь свою приниженность и ничтожность, а старец Зосима не велит "себя стыдиться". Кто из них ближе к совершенству, не могу знать, не хватает соответствующей подготовки.

Это только Достоевский мог так выписать светлые души, чтобы они со своей чистотой и нежностью не казались чересчур уж "сахарными". Это и князь Мышкин, и Алеша. А кабы они встретились? Вот бы поняли друг друга, наверное... А я больше всего Ивана Карамазова люблю, хотя вначале Митенька приглянулся. Но Митя проще, более цельный. Он так далеко, как Иван не заходит. "Иван - загадка", говорит Алеша. Да, загадка, самая сложная из всех. Он - многоликий, хотя и искренний; рациональный, хоть и горячий; он - мыслитель, а чувствами своими овладеть не может. Ивану из них труднее всего - только умом одним или только сердцем ему не живется. А все-таки, наверное, помечется да и уверует, все к тому идет.

А почему столько странности и "нелогичности" в этих героях всегда? Это оттого, что каждый из них так искренен и открыт, что не привыкли мы в жизни к такой открытости. Как чувствует, как думает - так и поступает, ничего не приглушено, не "приглажено". Это достоевская "истеричная" честность. То, что внутри, глубоко - в его героях напоказ. Иногда - не просто как пощечина, а сразу с ног сбивает.

Помню, в 20 лет взяла я эту книгу, страниц двести прочитала и отложила. Дура была.

Братья Карамазовы
5 5

Иду в университет, 8.30 утра. Моросит дождь. Дело к сессии. Рядом идут студенты, которые тоже опаздывают на пары. Сзади слышу разговор. Парень увлеченно говорит что-то девушке. Фраза, которую я улавливаю:"Если Бога заменить наукой, ничего не измениться..."
Все те же русские мальчики...Все те же философские вопросы. Все та же Россия...
Не хочется, чтобы фраза прозвучала фальшиво-пафосной-так обычно пишут, когда чувствуют что именно так фраза и прозвучит, и как бы пытаясь смягчить впечатление или заранее извиниться.
Достоевский изображает галерею русских характеров. Взять Дмитрия Карамазова - никогда не поверю, что можно лучше показать русского героя, который видит две бездны.
Бездна, страдание, несущая тройка- это Россия Достоевского. Сколько высоких слов, вроде бы. Но как сказать без надрыва, о его творчестве? Все герои живут этим надрывом.
В горниле страстей и страданий закаляются их души.

Братья Карамазовы
5 5

Эту рецензию тоже хочется предварить песней. Но уже иной. Серьёзной, также попадающий в надрывной, карамазовский дух книги. Постоянно её напевал, думая о прочтённом.

А сама рецензия — не более чем набор моих восторгов. Объёмная похвала этому великому труду гениального русского писателя. В большинстве прочих своих рецензий я недостатки выделял хотя бы для приличия, хотя бы чтобы к моим словам можно было прислушаться. Тут не буду. Книга того достойна. Она практически идеальна.

До прочтения я приблизительно знал, что же я там увижу. Какой силы там будут характеры и их проработка. Про того, кого чёрт посетит, знал. Спасибо таким писателям, как Томас Манн и Герман Гессе, чьи восторженные отзывы я успел прочесть. Мне долгое время было интересно, что же за сила таится в этой книге, что такие великие люди её хвалят, что Шпенглер нашёл в типажах братьев такого умопомрачительного, но не решался её читать по каким-то причинам.

Первая полностью осмысленная встреча с литературным гением Достоевского («Дневники писателя» не в счёт, они о другом: там мысли умного человека, но не гениальное произведение. Это не критика — они прекрасны и сделают честь любому, но «Братья Карамазовы»…) была для меня всегда чем-то мучительным и неизбежным, желанным и страшным. Ещё бы: у меня схожая по типу эпилепсия, которая имеет схожие эффекты на характер, даже болезненные деформации речи частично совпадают (просто у меня речь плоха и недоразвита ещё, тогда как Фёдор Михайлович — признанный мастер слова). Я во многом разделяю его идеи, да и впечатление от прочитанного в школе «Преступления и наказания» осталось приятное. Потому было до жути интересно наконец взять этот увесистый том наконец в руки и соприкоснуться с Достоевским.

И с первых страниц я понял, что он меня очаровал. Пространные, длинные описания каких-то людей, села, событий, огромное по объёму введение, — всё это должно было мне наскучить, но это было написано прекрасно. Ни одно пояснение не было слишком длинным, ни один характер не утомил, ни одно повторение не было лишним. Забегая вперёд, скажу: в этой книге нет ни одного скучного, лишнего или не интересного слова. Я предупредил, что буду всячески нахваливать книгу — и намерен держать слово. Благо это действительно моё мнение.

Очень много описаний, длинные монологи и диалоги, прерывающиеся рассказами о том, что происходило вокруг, и ни одного лишнего слова. Только по делу, только важное, девятьсот страниц важнейших слов, которые обязаны быть прочитанными. Замечательный язык, который затягивает с громадной силой, чрез который не требуется продираться: он несёт тебя на своих волнах, слово за словом, предложение за предложением, он красив, мелодичен и необычайно лёгок. Но лёгкость эта не из-за скупости на слова, на эпитеты, на сложные выражения: речь эстетически красива и в этом плане. Народные, полуархаические слова простых людей соседствую с изысканной речью образованных баринов: ни один характер не был обделён своим стилем изложения мыслей. И не только на состав речи в этом плане сделан упор, но и на содержание, на окрас: им всем веришь. Всем и каждому.

Причём Достоевскому не требовалось всучать нелюбимые идеи плохим людям: атеист Иван — замечательный человек, например. Конечно, не все там прямо уж хорошие такие, но даже социализм Ракитина есть лишь чёрточка, важный штрих к его и без того полному портрету. Безумно приятно читать про мытарства этих людей и верить им. Каждое противоречие их характеров, каждая кажущаяся несостыкова абсолютно продумана и верна. Не зря именно к атеистически настроенному Ивану Карамазову приходит в бреду именно чёрт. Даже Митю Карамазова автор сумел поставить так, что в честь его веришь, в показания его веришь и не можешь поступить иначе, ибо видишь действительно благородного персонажа. Со звериными страстями, алкоголика, подлеца, но честного и благородного человека. Но и светлые краски Фёдор Михайлович не сгустил слишком сильно. Показательно ведь то, что этот благородный Дмитрий не способен был мучиться и нести свой крест на рудниках, и ясно это сознавал. Ну да лучше один раз прочесть в оригинале, чем от меня слышать подобный пересказ.

Ну и, конечно же, невероятно привлекательный персонаж Алёша. Вызвавший изначально недоверие у меня своей слабостью, ибо не считал я, что юродивый может в таком масштабном и сильном романе что-то сильное сотворить. Однако потом он просто расцвёл в уравновешенного и невероятно проницательного молодого человека, вызывавшего симпатию уже заслуженно, не за яркие глаза, как описывал автор в начале, а за доброту и ум. Бесспорная находка Достоевского, замечательный характер и, наверное, самый интересный герой из всех, что мне известны. Невероятно хотелось бы почитать планируемое Достоевским продолжение этого романа, где, наверное, раскрыл бы он Алёшу ещё более полно, но, к сожалению не успел писатель приняться за него. Однако и на том ему громадное спасибо.

Я в своей рецензии практически не коснулся сюжета. Да и нет смысла: он с виду прост, семейно-деревенская драма. Но как его красят детали, как сильны действующие лица! В них вся и соль. Читайте сами, мне нечего пересказывать тут, да и не в моих силах описать это всё достойно. На почве этого сюжета замечательно дали ростки все те события, характеры, видения и думы, что дали повод упомянутым в начале людям говорить, будто Достоевский понял и выразил всю Россию и дух её, а именно это и забыли нынче. В советской системе образования Достоевский был певцом «проституток с Библиями», болезненным православным. Не нужен был он настоящий, на его месте стоял талантливый, но совершенно иной по характеру Салтыков-Щедрин. Но не одну низость, не одних уголовников описывает Достоевский. Этот важный и для политической жизни человек, близкий друг Победоносцева, любил и Россию, и людей русских, потому на самом деле раскрыл своё видение мира максимально широко, обо всём упомянул, ничего не позабыл. И это произведение — великий манифест гениального человеколюбца, певца одной только любви да души, что чувствует как бездну под собой, так и бездну над собой. Не о тьме он писал: в этой книге неимоверное количество света, излучаемое даже горем и муками. Не воспевал он культ страдания — только культ радости от жизни, любви к жизни, ко всему, ко страданию и к счастью, к Богу и к людям. Тем он и ценен. Потому и любим.

Братья Карамазовы
4 5

Эту книгу недостаточно просто прочесть: над ней необходимо трудиться. Чтение вообще является процессом, требующим определённых усилий. А чтение романа Достоевского и подавно.
У меня ушло около 4х месяцев на то, чтобы прочитать роман. Не только потому, что он, безусловно, огромный (900 страниц - это вам не шутки), но потому, что я читала очень медленно, практически по ролям. Вероятно, только так можно хоть немного приблизиться к его пониманию.
Я была просто потрясена, было такое ощущение, что у меня вынули душу и развернули её на печатном листе. Не понимаю, как Достоевскому удалось это. Психология романа тем и сложна, что она невероятно правдива. Так и есть! Мне трудно судить по мужским персонажам, боюсь, их мне никогда до конца не понять.. Но женские образы! Это просто поразительно! Ведь мы такие и есть: мудрые и глупые одновременно, прекрасные и отвратительные, холодные и страстные, ласковые и жестокие, непостоянные, нелогичные, верные и сильные. Все героини, будь то Катерина или Грушенька, Лиз или старшая Хохлакова, даже сумасшедшая мать Илюшеньки (та ярче всего отражает женскую непостоянность), все они динамичны, все они движутся, трепещут, как листок на ветру. Каждая противоречит сама себе и при этом являет собой идеальный, гармоничный образ. Почему так? Потому что нами руководит мгновение, секунда! Достоевский знал это (откуда?). Вот ты уже собиралась броситься в ноги любимому и молить о прощении, но вдруг он не смог сдержать сердитый взгляд, и твоего смирения как не бывало: сильнее обидишь, жестче скажешь. Часто это приводит мужчин в бешенство, а бывает, приводит к тюрьме. Нам бы следовало быть аккуратнее и подчас сдержанней. Но, с другой стороны, женщина, в которой нет этого буйства крови, кажется бесцветной, спящей.
Братья Карамазовы - три брата, которые отчетливо показывают мощь и необычайность русского характера. На фоне катастрофических событий все трое, такие разные, но при это все вместе - Карамазовы, действуют и мыслят так, что читатель восхищается ими, сочувствует им. Все они ужасны в своём пороке и прекрасны в своём благородстве. Так и заканчивается роман гимном русскому человеку: "Ура, Карамазову!"

Братья Карамазовы
4 5

Когда начинаешь читать книгу, то часто с первых страниц принимаешь или нет ее, будет ли взаимопонимание с ней. Этот роман я читала очень -очень долго. Не потому что он мне нравился или пришелся мне не душе, а потому что в нем много всего такого, что нужно глубоко осмыслить. Ни одно произведение Достоевского не написано просто как текст, а его книги имееют глубокий подтекст, даже не один. В данной книге поднято много вопросов имеющие огромную роль для человечества.В "Братьях карамазовых" мы видим , что автор пытается высказать свое отношение к любви, взаимоотношениям семейным и дружеским. Автор привлекает наше внимание и к религиозному аспекту нашей жизни, пытается показать нам разницу между истинно верущим человеком и человеком , который верует на "показ". Я не буду заниматься пересказом романа, вы прочитаете его сами, думаю , что мы все просто обязаны знать своих классиков. Хочу отметить интересную вещь, что все темы, раскрытые в этом романе потрясающе подходят к нашему времени. Все проблемы существуют сейчас и нет прививки от зависимости от игр и лицемерия людей. К сожалению этого не искоренить. Признаю, что роман тяжеловесен , но уверяю , что вы ничего не потеряете если прочитаете, а вот возможность найти себя есть. Возможно он даже поможет избежать ошибок, которые преподносит нам жизнь. И уж удовольствие от стиля автора и его языка вы точно получите. Достоевский уникален, что проходят года, а он остается любимым для миллионов людей всего мира.

ФЛЭШМОБ-2012

Братья Карамазовы
4 5

Не припомню на своей памяти книги, по ходу чтения которой у меня были бы такие ожесточенные внутренние споры, а текущая оценка так часто менялась на диаметрально противоположную.
С началом романа у меня совсем не задалось. У Достоевского непростой стиль повествования, очень длинные предложения на полстраницы и абзацы в несколько страниц, в которых начало мысли легко затерять в куче сопутствующих объяснений. Чем-то смахивает на стиль Бальзака, тоже достаточно сложный для восприятия. Но человек такой феномен, что ко всему приспосабливается. Вот и я после первой трети книги приспособился и дальше пошло гораздо легче.
Автор с ходу макает читателя с головой в рассуждения о религии. Понятно его отношение к этому вопросу. Особенно после того, как погибают физически или духовно все персонажи, отрицающие Бога - Федор Павлович, Смердяков и Иван Федорович. Только в вере он видит спасение души человеческой. Через спасение души же видит и светлое будущее у России. Свое отношение Достоевский презентует через отца Зосиму и Алексея Карамазова, противоположную же точку зрения через Ивана и его притчу о великом инквизиторе. Вообще, главы "Бунт" и "Великий Инквизитор" это попадание прямо в цель. Я думаю, что многих зацепили именно эти главы. Потрясающая честность. Понравилось, что автор именно всесторонне рассматривает проблемы религии. Он дает нам возможность взглянуть на религию не только со стороны праведников, но и глазами грешников. Вот только праведный взгляд уж очень утопичен, и Достоевский оказался не прав, говоря о том, что:

В Европе восстает народ на богатых уже силой, и народные вожаки повсеместно ведут его к крови и учат, что прав гнев его. Но «проклят гнев их, ибо жесток». А Россию спасет господь, как спасал уже много раз. Из народа спасение выйдет, из веры и смирения его.

Не спас в 1917 году, хоть и веры было не мало в народе. Конечно, автор явно увлекся темой религии и местами целые куски текста смахивают на буклеты сектантов. Особенно претили фразы, подобные этой:

Одно тут спасение себе: возьми себя и сделай себя же ответчиком за весь грех людской. Друг, да ведь это и вправду так, ибо чуть только сделаешь себя за всё и за всех ответчиком искренно, то тотчас же увидишь, что оно так и есть в самом деле и что ты-то и есть за всех и за вся виноват.

Эта фишка с виной за все человечество на самом деле крайне опасное заблуждение. Дело в том, что мир устроен таким образом, что чувство вины неминуемо потянет за собой наказание от мироздания. Чем это может кончится для человека, зависит от глубины самого чувства, а на деле запросто реализуется или через болезнь, или через несчастный случай. Очень пакостная вещь - чувство вины. Потом все удивляются, почему хорошие люди страдают по жизни от всяких напастей больше, чем бессовестные негодяи и подлецы. Но тут уж у нас свобода совести, поэтому каждый выбирает шапку по себе.
Хотелось бы еще отметить героев книги. Это старая добрая традиция русских классиков - прорисовывать персонажи до мельчайших подробностей так, что даже третьестепенные герои типа Хохлаковой или Перхотина выглядят вполне себе полноценными личностями, а не блеклыми тенями. Так вот, все герои очень яркие, многогранные, объемные, но уж больно истеричные. Складывалось такое ощущение, что все они находятся в высшей степени какой-то экзальтации, буквально на грани помешательства. Вот и получается такой парадокс, что герои у Достоевского получились "настоящие", но "нереальные". Я хоть и не могу объективно судить о нравах, привычках и поведении людей того времени, но очень сомневаюсь, что в реалиях люди настолько сильно истерили.
Конечно, нужно сказать и о финале книги.

Мы натуры широкие, карамазовские, способные вмещать всевозможные противоположности и разом созерцать обе бездны, бездну над нами, бездну высших идеалов, и бездну под нами, бездну самого низшего и зловонного падения.

Это сказано сразу про всю Россию целиком. Ведь в каждом русском, говорит Достоевский, присутствует эта "карамазовщина". И вот два пути: первый - понять и простить, проявив христианскую добродетель и сделав тем самым правильный выбор, а второй - осудить, тем самым совершив ошибку. Намек более, чем прозрачный. Вот только мы зачастую ненавидим сами себя, где нам уметь полюбить ближнего. А чаяния Федора Достоевского хоть и прекрасны, но очень утопичны, ведь история доказывает нам, что движемся мы по пути, предсказанным Великим Инквизитором.

Братья Карамазовы
5 5

Необыкновенно. Превосходно. Восхитительно. Глубоко. Непередаваемо. Фантастично. Прекрасно. Чутко. Чудесно. Здорово. Красиво. Гладко. Интересно. Захватывающе. Плавно. Блестяще. Глубокомысленно. Проникновенно. Уникально. Трогательно. Гениально.

(*закрывает «Словарь Наречий»*)

«Братья Карамазовы» - это далеко не только психологический портрет трёх (четырёх?) братьев, это Россия как она есть. На этих страницах можно познавать Россеюшку нашу, русских людей, русские характеры, русские традиции, русскую душу. Вы хотите сказать, что и без книги, по личному опыту знаете русских людей? Пусть так, но прочитав, будете знать гораздо лучше. И главное: прочитав, вы станете более русским. (прим.ред.: по прочтении я пуще прежнего полюбил наших людей, полюбил пламенной любовью)

Помимо Карамазовых здесь ещё целая россыпь живописных героев, каждый из которых наделён множеством зачастую противоречивых, положительных и отрицательных качеств и достоин того, чтобы о нём написали отдельную рецензию. Скажем, об одном только Красоткине можно рассуждать часами. В каждом персонаже можно найти часть себя. Мужчины, признавайтесь: сравнивали себя с каждым из братьев Карамазовых? А? (прим.ред.: я – на 70% Алёша, на 30% Иван)

Всю неделю, что я читал «Карамазовых», я пребывал в виртуальной реальности, созданной Фёдором Михайловичем. Я читал, не отрываясь, затаив дыхание, сутками напролёт, а бабушкины пирожки и супы поддерживали во мне жизнь. Иной раз, читая ту или иную главу, я словно прикасался к чему-то сокровенному, сакральному, сквозь бумагу как бы просачивался волшебный свет, и душа моя становилась чистой и лёгкой, готовой воспарить к облакам.

«БК» - это ШЕДЕВР. В минуты чтения я был счастлив. Счастлив и поныне.

Если ты ещё не прочитал «Братьев Карамазовых», то возьми недельный отпуск и сделай это! Ну что сидишь, иди звони начальнику!!!

P.S. Кто редактирует рецензию без моего ведома?!

Братья Карамазовы
5 5

​Закрыв книгу и выдохнув, одна мысль неустанно продолжала крутиться в голове, ища в окружающем пространстве ответа: "А есть ли в душе Бога место сомнениям и стенаниям? Пережил ли он когда-то тоже самое, что выпало на участь людскую? Может ли он судить нас и поступки наши, дебри души нашей, если является только Творцом, но не участником?"
Это страшные вопросы, но ответы на них будут, пожалуй, ещё мрачнее.

Книга перевернула мой мир с ног на голову, ошарашила, заставила почувствовать и познать ту любовь, которая спасается, отдавая душу дьяволу, тем самым подпитывая и воссоздавая себя. В страданиях ищут герои счастье своё и ведь, что удивительно, они его там и находят, как завещал им Фёдор Михайлович! Испытывал бы Митенька такое желание жить, если бы не страдал за весь мир? Любил бы он так неистово Грушеньку, если бы та сама пришла к нему и не стоял бы меж ними отец? Нет, нет и ещё раз нет! Ибо не в достижении цели он видит отраду, а в упоении трудностями судьбы, чертовщиной событий и хождением по дьявольской дорожке.
А кто страшнее из всей семьи Карамазовых: тот, кто убил\ тот, кто убийство это допустил и подлецом себя признал\ тот, кто мысли подобные сеял? А может всё-таки тот, кто в итоге стал предметом убийства?
Каждый из героев ужасен по-своему, каждый самостоятельно чёрта внутри подпитывает и дразнит, как может, но в этом-то и вся прелесть их, вся чистота и невинность, как бы парадоксально подобное не звучало.
И всё-таки невольно раз из раза возвращаешься мыслями к главному вопросу: "А кто убил?" Смердяков ли, от чьей руки пал Федор Павлович?\ Митя ли, который лишь на словах был настолько страшен?\ Иван ли, чьи мысли были проникнуты желанием смерти отца? А может быть каждый приложил свою руку, внёс свою лепту или того пуще — все дружно, но в разное время и не сговариваясь. Ведь всего важнее оказывается не убийца, а оружие убийства, которое зрело чёрным пламенем в мыслях и думах каждого.

И столько в этом произведении бесовских страданий, столько истинных чувств, каждое из которых звучит с надрывом, что приходишь-таки к понимаю, что заложена в них не чёрная дыра существования, а надежда на светлое будущее, на чистый и ясный взгляд, который должен непременно родиться вместе со следующим поколением. Но рождается ли...?

Братья Карамазовы
4 5

Сказать, что чтение этого романа измучило меня – ничего не сказать. Придавил он меня таким колоссальным камнем, из-под которого я теперь пытаюсь выбраться и немного собраться с мыслями.

Я тут сразу оговорюсь, что у меня с Достоевским довольно редко получается найти общий язык. Я, к сожалению, не могу со всей искренностью сказать, что это «мой» автор. И не могу в полной мере оценить его произведения. И не уверена, что когда-нибудь смогу. А потому заранее прошу прощения у всех поклонников его творчества за то, что я, может быть, напишу далее. Это просто личные, субъективные впечатления от чтения романа, заметки на полях, ни в коем случае не претендующие на высокое звание рецензии.

Дальше собственно впечатления...

Братья Карамазовы
4 5

Какая мощь! Этот великий роман выбивает почву из под ног. Он дался мне не легко. Читала я его очень медленно. Достоевского и не нужно читать быстро, а тем более поверхностно. "Братья Карамазовы" - книга, за которую следует браться с особым эмоциональным настроем. Там такая глубина и сила - к этому нужно быть готовым, иначе утонешь или не сумеешь оценить по достоинству.
Мне было тяжело погрузиться в повествование. Это, конечно, не развлекательная литература, в которую ныряешь с первых строк и лихорадочно перелистываешь страницы. Но если погружение наставало, то выныривать в реальный мир было ой как сложно.
На протяжении всего романа не покидало чувтсво тяжести...тежеловесности может даже. И чтение было неровным. Через некоторые главы пробиралась с трудом. Другие шли легче. Где-то я ловила себя на мысли, что теряю нить повествования, думаю о чём-то постороннем. А где-то проникалась настолько, что забывала обо всём другом. Особенно тяжело мне давались рассуждения о религии.
История Илюшечки стала для меня самым сложным моментом в эмоциональном плане. До дрожи, до слёз. Были и другие выворачивающие душу на изнанку моменты. Но меня сильнее всего прочего тронула именно история маленького Илюшечки.
Ещё мне полюбился Алёша Карамазов. Чистый и светлый, может немного наивный. Напоминает князя Мышкина.
И, кстати, ещё по "Идиоту" я заметила - у Достоевского мне больше имнонируют мужские образы. Не все, конечно, но в целом. А вот женские...не понимаю, они мне не близки.
Ещё хочу отметить, что меня поражает у Фёдоро Михаиловича, это с какой искренностью и пылом его герои чувствуют, говорят о своих чувствах и проявляют их. Они такие живые, горячие и крайне эмоциональные, до истеричности порой.

"Братья Карамазовы" - грандиозный роман! Его сложно постичь с первого прочтения. Это как объять необъятное. Такие произведения нужно перечитывать, чтобы попытаться ухватить и понять то, что не удалось сразу. Чтобы переосмыслить, по-новому взглянуть на него.

Братья Карамазовы
5 5

Возможно, будет парочка спойлеров.

Я так долго шла к этой книге!!!

...Когда мне было лет 12, я зачитывалась Конан-Дойлом, и в числе прочих я наткнулась вот на этот рассказ, прочла и, естественно, ничего не поняла, кроме того, что, чтобы понять рассказ, нужно прочесть "Братьев Карамазовых", о которых я знала только то, что они братья и что они Карамазовы =)
...Когда мне было лет 14, один знакомый с филфака упрекнул меня, что я читаю мало. Я возразила - много, мол, читаю. Особенно по сравнению со сверстниками. На что он мне сказал: "Да не те ты книжки читаешь..." Хотя, как мне кажется, я читала "самое то" для своего возраста. Я только и смогла ответить: "Ты предлагаешь мне в 14 лет читать что-нибудь типа "Братьев Карамазовых"? Не рано ли?" Не знаю уж, почему я вспомнила именно о "Братьях Карамазовых", но случай этот помню до сих пор.
...Когда мне было шестнадцать, я хотела прочесть "Братьев Карамазовых".
...Когда мне было восемнадцать, я всё ещё находилась в режиме хотения прочесть эту книгу.
Именно эту. Именно "Братьев Карамазовых". Почему? Понятия не имею. Как-то она меня манила, чем-то привлекала. Но и отпугивала. Сами понимаете, Достоевский, школа, постоянные вздохи на тему "нельзя школьникам давать читать Достоевского". Да вы знаете, что? Нужно! Да, мы многое тогда не поняли. Но долгие разборы и анализ на уроках всё же отложился в памяти, и, став взрослее, постепенно стало что-то всплывать и проясняться.

Совершенно осознанно пишу не рецензию, а отзыв. Потому что трудно заставить себя читать такие книги, но ещё труднее писать на них рецензии.
Честно, во время прочтения было такое ощущение, будто Фёдор Михайлович расковырял всю душу пальцем и старательно этак там повозился =) Настолько это глубокая, неприкрыто правдивая, играющая на всех струнах души книга. Настолько точно прописаны характеры персонажей, все их поступки, ход их мыслей, настолько всё правдиво, что аж дрожь берёт. Честно говоря, захотелось даже написать что-нибудь типа школьного сочинения по всем персонажам, да только те, кто уже прочёл книжку, и так в курсе, а те, кто только собирается, скорее всего, пролистнёт эту часть или просто не обратит внимания :D

Самые-самые для меня персонажи - это Митя, Катерина Ивановна и Грушенька. Настолько непростые, настолько противоречивые, но как же легко их понять! Иногда их ненавидишь, иногда за них просто сердце болит, иногда готов разрыдаться. Потому что, в принципе, с Алёшей по крайней мере в этой книге всё понятно (кто знает, что было бы в последующих, имей Фёдор Михайлович время их написать?), Иван меня не особенно зацепил (хотя я чуть сама с ума не сошла, читая последние главы о нём), а Смердяков... ну сами понимаете - Смердяков, однозначное к нему отношение и впечатление =)

Мы можем только догадываться, что будет с братьями дальше. Выздоровеет ли Иван? Что станет с Дмитрием, сбежит ли он или незаслуженно будет отправлен на каторгу? А может, его могли бы оправдать - в перспективе, не эти мужички, которые "за себя постояли", а справедливый суд? Эх... эх, Фёдор Михайлович, что же Вы сделали? Такой не то чтобы открытый финал, но не до конца закрытый.

И ведь за 130 лет ничего в России не поменялось. Всё те же люди. Всё та же страна. Всё те же карамазовы.

К этой книге стоило идти столько лет. Однозначно.

P.S. Надеюсь, "Идиота" я прочту раньше, чем через 8 лет :D

Братья Карамазовы
5 5

-Есть такая сила, что все выдержит!
-Какая сила?
- Карамазовская...сила низости карамазовской.


После большого количества современных книг, рассчитанных на большой круг читателей,которые все-таки пора прекращать читать(но иногда хочется почитать что-нибудь легкое и не замутняющее сознание) такой стиль,слог, такая книга,история, реально НАПОЛНЯЕТ тебя, заполняет все свободное пространство твоей черепной коробки,заставляет думать! Поймала себя на том, что обычно я читаю сразу несколько книг,а тут забросила все и, вцепившись в эту одну, читала, читала...Да, сложно, очень и очень интеллектуально, нет взрывающихся вертолетов, но это того стоит!
Я вот тут размышляла, стоит ли вообще автора такого масштаба давать читать в школе?Хватит ли у школьников времени, чтобы ощутить книги такого объема, их маленького по сути жизненного опыта, чтобы понять все то, о чем говорит автор?(хотя кто скажет, что он сам понял ВСЕ?). Лично я ненавидела "Преступление и наказание", времени прочитать мало, адски тяжело продираться через особый слог Достоевского, который ни с кем не спутаешь, по пути нужно выписывать всякие описание героев, аррр...Но сейчас, когда никто не стоит над душой, есть время и желание, книга прочиталась с удовольствием и все те факты, что раньше нужно было выискивать, подавляя зевоту, сейчас искались с жадностью сами, чтобы в полной мере понять мотивы поступков персонажей.
Повествование ведется от третьего лица, главы четко поделены между персонажами и очень четко автор разграничивает стиль написания, части про отца Зосиму и вообще все начало читается очень тяжело, все эти размышления о религии и морали даются нелегко. И как же прекрасны части про детей, про школьников, читаешь их с легкой грустью и слезами, особенно конец. Дети в этой книге вообще отдельная песня, прекрасная и удивительная! Например Илюшечка, который дается как бы антагонистом всем трем братьям, натура тонкая, остро чувствующая, не смог перенести обиды отца. И братья с другой стороны, которые отца своего либо ненавидели, либо презирали и только терпели его присутствие. Или вот например Коля Красоткин, повергающий всех вокруг в смятение своими мыслями, своим желанием быть со взрослыми наравне, даже взрослее их.

Карамазов, мы вас любим!


Сами же братья для меня отчасти главными героями не стали, и если с Митей все более-менее понятно, он вконец утонул в "карамазовщине", принял это распутное клеймо пропащего человека, который в глубине души остается офицером, Иван предстает "человеком в футляре", то горячо любимый многими моими знакомыми Алеша как-то не впечатлил. Да, его линия довольна яркая и заметно, что сам Достоевский его выделяет, такого чистого и праведного среди всех остальных, сам персонаж выступает этаким психологом и жилеткой, при этом общается со всеми, подстраивается под всех, но для меня остается каким-то пассивным и очень уж детским, что ли. На уровне того же Илюшечки и Коли.(это мое имхо, допускаю, что у кого-то другие мысли на этот счет) Хотя по ходу действия сам он меняется, ломается его мировоззрение.
Пожалуй, это хорошее начало для продолжения знакомства с русской классикой в уже во взрослом возрасте...

Главное, самому себе не лгите. Лгущий самому себе и собственную ложь свою слушающий до того доходит, что уж никакой правды ни в себе, ни кругом не различает, а стало быть входит в неуважение и к себе и к другим. Не уважая же никого, перестает любить, а чтобы, не имея любви, занять себя и развлечь, предается страстям и грубым сладостям, и доходит совсем до скотства в пороках своих, а все от беспрерывной лжи и людям и себе самому. Лгущий себе самому прежде всех и обидеться может.


— Я думаю, что все должны прежде всего на свете жизнь полюбить.
— Жизнь полюбить больше, чем смысл ее?
— Непременно так, полюбить прежде логики, как ты говоришь, непременно чтобы прежде логики, и тогда только я и смысл пойму.

Братья Карамазовы
4 5
В большинстве случаев люди, даже злодеи, гораздо наивнее и простодушнее, чем мы вообще о них заключаем. Да и мы сами тоже.


Долго мне пришлось думать, с чего бы начать рецензию, и, наконец, выбор пал на придирку к многочисленным аннотациям. Потому что сколько угодно можно говорить, что роман-де многоуровневый, многозначный, с целой коллекцией невесть скольких философских смыслов и т.д., но толку? А уж такие определения как «интеллектуальный детектив» и «ранний постмодернизм» и вовсе напрочь разбиваются об эту книгу. Нет, я не хочу сказать, что все это следует перечеркнуть, заявив тем самым, что авторы таких высказываний глубоко не правы и все как раз наоборот, вовсе нет. Просто все это звучит до тошноты сухо, а, по-моему, роман прекрасен именно что своей красочностью и просто потрясающими бурями эмоций, которые вспыхивают тут и там – не то что в каждой главе, а чуть ли не в каждом абзаце.

Честно сказать, я от Достоевского ожидала романа сколь угодно умного и мрачного (почему-то я всегда мысленно приравниваю Федора Михайловича к повествованию исключительно мрачному), но такого трогательного – отнюдь. Характерный для Достоевского детективный сюжет меркнет и бледнеет в сравнении с тем, какие страсти кипят в персонажах, причем негативных эмоций здесь самый минимум. Я имею в виду, здесь почти нет ненависти и зависти, а все больше отчаяние, безысходность, боль, сожаления и любовь, любовь и еще раз любовь – любовь к женщине, любовь к братьям, в конце концов, любовь к человечеству, которую, кстати, удивительно мило олицетворяет собой Алеша Карамазов. Потрясающе трогательный персонаж. Если Достоевский хотел описать ангела земного, вполне реального, то ему это очень даже удалось.

Кстати о братьях, которые, что понятно, ядро романа. У меня есть особый пунктик на отношениях между братьями, и здесь, хочу я сказать, они прекрасны в своей реалистичности. Как бы это сказать? Они чувствуются. Чувствуются так, что заранее можно предположить, как поступит Иван по отношению к Мите и Алеше, как поступит Митя по отношению к Ивану и т.д. и т.п. Конечно, вплоть до конца романа личности Мити и особенно Ивана таят в себе неразрешенные загадки, но их настроения и состояния все равно очень легко уловить. Еще хочу оставить заметку об Иване – судьба персонажа, на мой взгляд, вышла ну совсем неожиданной, что только плюс к истории. И этого я тоже не могла ждать от Достоевского – такой поворот, да в таких подробностях, что даже как-то устрашающе получилось. Этот момент показался мне одним из самых сильных.

Но, вообще говоря, в чем-то аннотация глаголит истину. Впечатления после прочтения и впрямь неоднозначные. С одной стороны, целых семьсот страниц трогательнейших моментов (очень хочу в их череде отметить линию со школьниками – это просто непередаваемо), с другой – весьма интересная жизненная история троих братьев и бесконечных душевных терзаний, с третьей – действительно увлекательный детективный сюжет, цепляющий не своей нехитрой основой, а тем, что ее окружает.

А вывод у меня после всего этого на этот раз напрашивается сам собой. Я думала, что достаточно хорошо знаю Достоевского, однако этот роман преподнес мне столько сюрпризов, что теперь решительно ясно: нельзя утверждать подобное как минимум не прочитав «Братьев Карамазовых».