Подземелья Ватикана, размер 165x105x18 мм

Самый необычный роман великого Андре Жида. Остроумная, полная озорного юмора история шайки мошенников-интеллектуалов, задумавших поистине гениальный способ «отъема денег у населения» — сбор средств на крестовый поход по освобождению не-счастного папы римского, якобы похищенного масонами и заточенного в подземелья Ватикана. Бесконечно обаятельный текст, носящий черты и иронического детектива, и социальной сатиры, но при этом проникнутый тончайшими отсылками к карнавальной культуре Средневековья и к плутовскому роману Возрождения…
Автор Жид Андре
Издательства Астрель, АСТ
Серия Классическая и современная проза
Язык русский
Год выпуска 2011
ISBN 978-5-17-065506-9
Переплёт мягкая обложка
Количество страниц 288
Размер 165x105x18 мм
105
Магазин »
Нет в наличии
с 16 февраля 2018
История изменения цены:
Средний отзыв:
4
Подземелья Ватикана
4 5

Если прочитать "Фальшивомонетчиков" по диагонали, то может показаться, что это произведение до ужаса банальное. Какие-то картонные персонажи, не характеры даже, а типажи. Постоянно в кустах находится какой-нибудь рояль или чудесное совпадение, чтобы увязались вместе все сюжетные линии. Линии, кстати, тривиальны до безумия, зато их пошловатый драматический характер так сильно концентрируется, что к середине книги начинаешь недоумевать - как, и всё это вокруг одной компании? Все эти драмы, события, совпадения, фальшивки и прочее? Начало, кажется, спипикано у "Семьи Тибо"... И вот, когда картон навяз в зубах, вдруг понимаешь, что так и надо, так и задумано, тем более, что автор скоро это подтверждает напрямую. "Фальшивомонетчики" - сами по себе фальшивая монетка из повествования, ненастоящий роман, а текст, который им прикидывается. Соответственно, как и в тексте фальшивые монетки тёрли, пока они не становились прозрачными, так будет и с произведением, его прозрачная ненастоящая основа начнёт вырисовываться сразу, как на это обратить внимание.

Чисто по-дадаистски: нарисована трубка с надписью "Это не трубка". Ведь это изображение трубки. Написан роман с мыслью "Это не роман". Получилось нечто вроде реалити-шоу, где Жид показывает нам, как пишутся романы и как они могут писаться. Вот он фигачит и фигачит одну сцену, потом говорит: "Нет, ерунда, надо было по-другому написать, потом напишу иначе". Или говорит, что последняя сцена слишком слабая. Или что этот диалог совершенно не нужен. Или что персонажи прописаны слабо, потом надо всё подчищать. Или... Тысяча ещё таких "или". Мы погружаемся вслед за автором в обычно сокрытую кухню приготовления романа, то есть, застаём не готовое произведение, а пока ещё даже недоразмороженный полуфабрикат. автор над ним корпит потихоньку, но до конца так и не доводит, бросает на стадии полуготовности.

В этом полуфабрикате, тем не менее, сокрыта масса новаторских ходов. Например, многочисленное раз за разом обыгрывание названия, все трактовки которого, тем не менее, можно собрать воедино с одним общим "идеальным" смыслом. Очень интересен "матрешечный" роман "Фальшивомонетчики", который создаётся одним из главных героев, собственно, большую часть внутриписательской кухни мы видим благодаря вставкам из его "дневника". От произведения начала двадцатого века не ожидаешь ещё, что тот текст, который ты держишь в руках, будет писаться с тем же сюжетом внутри самого себя.

Самое же обидное вот что: роман намеренно утрированный, грубоватый, недоделанный, со слабо прописанными сценами, сюжетом и персонажами. И это так задумано, монета специально отлита фальшивой. Однако даже при всех этих недостатках оказывается, что этот сырой текст из рук Жида оказывается гораздо лучше, чем многие тексты, в "нефальшивости" и полной готовности которых ты уверен. Этого Андре, наверное, не мог предположить заранее. Как и того, что большая часть аудитории будет принимать эту специально многократно подчёркнутую фальшивку за чистую монету, даже если при ней соскрести всю позолоту.

Подземелья Ватикана
5 5

Включить перед чтением

Не все ли равно - фальшивые ли были деньги, если текила на них была куплена настоящая, но ее бутылка, в свою очередь, привела меня к этому фальшивому состоянию? Шишкодремов

В ваших сердцах огонь. Наша стихия вода. Мы ждем вас. Мы верим в вас. Не дай себе засохнуть.
РОДИНА-МАТЬ ЗОВЕТ! Хорошо иметь домик в деревне. Лучше для мужчины нет.
Поверьте, о, поверьте мне! Заклинаю вас всеми фибрами души, - взывал со стола салат Оливье с майонезом.


Все для России! Мы русские! Экономика должна быть экономной. Миллионы микробов умрут. Да, лайвлиб, это он и есть. ну и пусть!
Что для меня Нескафе Голд? Это удовольствие, чтобы настроиться.
НАШКРЫМ. Дадим стране угля. А мы и не знали, что живем до нашей эры.
Мистер Пропер веселей в доме чисто в два раза быстрей. Кто идет за Клинским
Заявка на объединение книг\произведений. Нажми на ОТПРАВИТЬ. Не работает? Еще раз. Вот, молодец. Играйся дальше.
Даешь ВВП. Наш Президент. Тает во рту, а не в руках.
Россия - щедрая душа. Пролетарии всех стран объединяйтесь.
Дед гонял голубей. Внук гоняет голубых. Любовь против гомосексуализма, а Владимир - за.
Единая Россия. Кто не с нами тот против нас.
Жить стало лучше, жить стало веселей.
ФАНТАСТИКА Совместный проект Livelib и "Эксмо"
Заплати налоги и спи спокойно. Би Лайн. Живи на яркой стороне. Дешевле только молчание.
Спасибо деду за Победу, но лучше б Мерседес купил. Свежее дыхание облегчает.
Россия для русских. Уже покупали ЛитРес без регистрации?
Ваши киска купила бы вискас. Летайте самолетами Аэрофлота.
Читайте книги про тайгу, если вы патриоты. Отправьте остальных в неформат.
Хопер Инвест. А почему и нет, Леня? Пионер всем пример. Рай - музыка дьявола.
Труд сделал из обезьяны человека. Dirol Kids. Теперь банановый.
Ушла на 5 минут. Больше не вернусь. Твоя Живая Библиотека.
В СССР секса нет! 50 оттенков серого. Мы не рабы, рабы не мы.
Снежная Королева. Мы работаем, вы отдыхаете. Ням-ням. Доширак.
Религия - опиум для народа.
Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить.
Включить после чтения

P.S. И никому не говорите, ладно? Андре Жид обиделся на бога, потому что тот плюнул ему на голову. Но бог знал, что тот возжелал его как мужчину и это ему не понравилось.

Подземелья Ватикана
3 5

Книга необычная. Насчет аннотации , где " остроумная, полная озорного юмора история" не согласен, на юмор не похоже, скорее роман в котором много сатиры.
В книге несколько сюжетных линий, которые автор в конце пытается свести к какому-то логичному концу, насколько у него это получилось - решать читателям. Для меня все это скопление настоящих верующих, ученых, франк-масонов, иезуитов,моралитиков и паралитиков, и всего , что у них в голове, было похоже на сумбур, без особого смысла в поступках главных героев. Не знаю, верующий ли автор или атеист, но мне показалось, что в романе он как бы иронизирует над наивностью верующих, и даже вера в бога которую обрел франкмасон Антим, впоследствии автором преподается как явление временное.

Черт побери! Когда кто-то из ваших хворает, вы тоже прекрасно умеете вызвать врача, но когда исцеляются ваши болезни - медицина тут не при чем: все дело в молитвах, которые вы читали, пока врач вас лечил. А если выздоравливает тот, кто в церковь не ходит, это же, черт побери, нахальство с его стороны!


Не могу точно выразить мысли, которые у меня возникли после прочтения этого несколько абсурдного чтива, тем не менее читается легко, опять же классика, а она , как жизнь показывает, бывает разной).

Подземелья Ватикана
4 5

С большим интересом прочла книгу, но как-то быстро улетучились все слова, которые хотела сказать. Как теперь кажется, я не уловила что-то такое на грани ощущения, что автор пытался донести до читателя, но очень завуалированно. Чем больше проходит времени после прочтения, тем больше кажется, что автор со мной поиграл. Это началось еще с названия, которое оказалось таким уж простым. Фальшивомонетчики в прямом значении этого слова присутствуют в тексте, но они идут фоном, на них не делается акцент, который сосредоточен на других людях. Ведь эти люди тоже фальшивомонетчики, но подделывают не деньги, а подделывают себя и жизнь. Они, как и те дети с фальшивками, пытаются надуть простофиль и от души поиграть с окружающими.

И если фальшивые деньги легче выявить, потому что они стираются со временем, то многие люди при нужном уровне умения манипулировать способны водить других за нос довольно долго. И у меня возник вопрос - кто был в книге подделывателем жизни? Сейчас создается такое ощущение, что почти все. Главные герои были выписаны с большой глубиной, много внимания отдавалось их внутреннему миру и переживаниям. А что в итоге-то? Мелкие страстишки и драмы, переживания о поданной руки и неверном выборе, внезапном неотцовстве и случайной беременности...

Мне понравилась книга в книге и метания молодого писателя, пытающегося создать что-то значительное и незабываемое. При внедренном в текст писателе регулярно выглядывает из-за предложений другой писатель, который как бы записывает эту историю. Можно ли назвать его метаписателем?

И если смотреть на такие мелочи все больше и больше, то возникает ощущения блуждания по бесконечным лабиринтам. Вроде бы начинаешь раскладывать по полочкам и даже что-то уяснять, но в результате все равно получается какой-то хаос. И тут стучится скромненько мысль, а сами "Фальшивомонетчики", случайно, не та ли самая поддельная монета? И не смеется ли просто автор над нами?

Подземелья Ватикана
5 5

Не могу понять, чем же мне понравилась эта книга. Тот случай, когда формат романа "не мой" (...все эти нежные юноши, романы воспитания, семейные тайны...), а все-таки - любовь с первых строк. И дело не в стиле или языке. Например, Тесей того же Жида показался ужасно скучным и блеклым по сравнению с оригинальным мифом.
И все же, есть что-то в этой книге. То, как автор нет-нет и мелькнет на страницах собственной истории. То, как намекает на роман в романе, который, собственно, и оказывается этим самым романом (метароман - вот, нашла подходящий термин), какой-то выверт, как на картинках с геометрическими иллюзиями. В итоге то, что показалось бы скучным, неподъемным и никому ненужным исследованием одной отдельно взятой истории превращается (по крайней мере, в моем восприятии) в нечто более изящное и воздушное. Люблю авторов, которые ломают чужие и собственные рамки.

Подземелья Ватикана
4 5
Он думает о своем новом жизненном правиле, которое недавно сформулировал: "Если ты не сделаешь этого, то кто же сделает? Если ты не сделаешь этого сейчас, то когда же сделаешь?" Он думает "о великом, которое предстоит совершить"; ему кажется, что он идет навстречу великому. "Великое", – повторяет он. Если бы только ему узнать, в чем именно оно заключается!.. Покамест он знает только, что голоден: вот он у рынка. В кармане четырнадцать су, и больше ни сантима


Это книга о фальшивомонетчиках. Кроме прямого значения тут есть еще и контекстное: фальшивомонетчики — это люди, которые со временем "выцветают", становятся блеклыми, ненастоящими. И нет им цены больше. Они — пустышки. Напыщенные пустышки, коварные, хитрые... И их в обороте очень много. Подобно тому, как фальшивая монета рано или поздно обесценивается, становясь куском метала, должны обесцениваться и люди-фальшивки, но, увы…

— Эти чувства звучат фальшиво, как медные бляшки, но они имеют хождение. А так как известно, что "худшая монета вытесняет лучшую", то писатель, который вздумал бы предлагать публике полноценную монету, показался бы ей пустословом. В обществе, где каждый плутует, честный человек производит впечатление шарлатана. Предупреждаю вас: если я возьму на себя руководство журналом, то лишь для того, чтобы бороться с условностями, вскрывать фальшь всех красивых чувств и обесценивать те долговые обязательства, которые называются словами.
– Черт возьми, очень хотел бы знать, как вы возьметесь за это.
– Предоставьте мне свободу, и вы тотчас увидите. Я много размышлял над этим.
– Вы останетесь непонятым, и никто не пойдет за вами.


Мир наполнен фальшивомонетчиками. И многие из них процветают именно благодаря этим негативным качествам. Кому сейчас нужна искренность? И какова она в наши дни? Этим вопросом задается каждый герой книги, у каждого можно чему-то научиться. Ведь по сути даже у плохих людей (фальшивомонетчиков) есть своя философия и логика, своя искренность. В нашем мире все перемешалось, слишком многое обесценилось, слишком многие обесценились. Какие они сейчас — настоящие чувства, если мы так часто являемся заложниками обстоятельств?
Грань между фальшивой монетой и настоящей столь тонка, что фальшивка давно стала игрой и забавой под названием «заметят или не заметят?», не отличишь так просто. А замечаешь, когда уже слишком поздно.
Грань между настоящими людьми и фальшивыми сейчас очень шатка. Сложно быть кем-то одним. Еще более сложно быть настоящим и рассмотреть вокруг настоящих. Люди продолжают стирать эту грань, а потом сами же разочаровываются: в чувствах, искренности и жизни. Мы все спешим жить: обретать опыт, жить самостоятельно, по каким-то собственным правилам и главное — как можно скорее! Зачем? Ведь даже просто не достигнув определенного возраста, можно натворить массу непоправимых глупостей, как в своей жизни, так и в чужой... Зачем мы так спешим куда-то, стоит ли оно того? Разве не спешка — самый решительный шаг в сторону общества фальшивомонетчиков?
Молодые и старые, опытные и менее опытные, настоящие и фальшивые — все летим в одну пропасть, потому что вынуждены сосуществовать, там, где на деле должны быть распределены четкие границы… Такова наша безграничная Вселенная, но я верю, что душа и внутренний мир каждого человека как раз являются главными путеводителями на дороге жизни, где сталкиваются такие разные люди.

Знаете, о чем я думал? О том, что в течение этой жизни мы не можем постичь по-настоящему, что такое тишина. Даже наша кровь производит в нас непрерывный шум; мы не различаем его, потому что с детства к нему привыкли… Но, мне кажется, есть вещи, есть гармонии, которые нам не удается слышать в течение нашей жизни… оттого, что их заглушает этот шум. Да, мне кажется, что лишь после нашей смерти мы будем в состоянии слышать по-настоящему.
Подземелья Ватикана
4 5

Что же это было?
Только я закончила сеанс недопонимания с русалочьими речами Вирджиии Вулф, меня затянуло в беспокойную фантасмагорию Андре Жида. Его реализм обманчив, его преувеличения ходят по пограничной зоне, написанные им герои - это герои, написанные героем его романа...

Я достаточно наивно ожидала классического романа, когда бралась за чтение. Пусть будет роман судеб, думала я, роман поколений. А эта книга - дверь в другую книгу, где судьбы сами себя выстраивают, где их общая, непреодолимая цепь - фальшь. Предполагаемое будущее тускнеет под гнетом реальных небес.
Он ведет дневник, в котором будет писать роман. О себе, обо всех. Но роман не станет дожидаться автора - он сам себя напишет.

Трогательные юнцы, выпархивающие из отцовских домов, с классическим юношеским незнанием и знанием всего (!) одновременно... Вы слепы, вы горды. Вы будете отражаться в тысячах ваших предшественников и ваших потомков.
Женщины, которых тут не так уж много. (Которые не так уж нужны?...) Небольшие звезды, гаснущие по воле времени, когда за спиной, увы, одна красота. Со своей трагедией, расплатой материнством, они гаснут, протягивая руки в последнем умоляющем жесте.

Он пишет роман. Он пишет дневник. Ему давно опостылело жить: всезнание, как известно, рождается в тридцать с небольшим. Управляя неправдоподобием, так просто позволить ему стать правдой, а самому превратиться в мифического персонажа, дергающего за нити марионеток. Так он и будет жить.

Но другим все позволено, а не страдая, не познаешь бытия - и они будут. И чем они моложе, тем бессмысленней и глубже будет последний акт.

Я прочитала дневник Эдуарда, который на самом деле роман Андре, который...устал.
От книги веет трогательной и легкотканной эпохой эстетизма, которую вытоптали шум снарядов Первой мировой и грохот буйного, выходящего из-за океана, джаза. Роман о том, как люди становятся другими по прихоти времен, или же как времена меняются по прихоти людей.

Я посмотрела красивый черно-белый немой фильм - именно таким, в таких декорациях, роман стоял передо мной. Без прилизанности и стремления замять неудобные моменты, как в нашем современном кино. Но и без грубовато житейского.
Одна только горькая красота человеческих жизней - тонких, трепещущих. На страницах романа. На полотне жизни.

Подземелья Ватикана
5 5

Я открыла для себя нового прекрасного автора!
Он пишет чудесно! Легко, задорно, с юморком.
В довольно маленькую книгу поместилось очень много сюжетов. И очень живые характеры самых разных людей. Тут и золотая молодежь, и трудные подростки, и загнивающий бомонд, и растерянные родители, и неверные мужья, и неверные жёны, и благородные рогоносцы, и семьи в сложных обстоятельствах, и позитивные философы.
И еще Бернар. О, как же раздражал меня этот субъект! Он великолепно написан, а сам по себе просто ужасен. Этот юноша с претензией, инфантильный, истеричный мерзавец! Его действия лишены логики, а в характере нет и грамма чести. Он отвратителен от а до я. Помпезно бросает родителей, оскорбляет мать и приёмного отца, собирается сидеть на шее у судьбы. Грязно, мерзко и глупо ворует. Влезает в частную жизнь людей. Читает письма, врывается с суперхамскими речами к несчастной женщине, возомнив себя не пойми кем. Намеревается ее «спасти» украденными деньгами, ей же и предназначавшимися. Втирается в доверие к Эдуарду. Узнает, как мог бы помочь оному своему благодетелю и лучшему другу прояснить отношения, и молчит, как последняя тварина (всё внутри закипало от его поступков и писем этого периода). И дальше-дальше-дальше… Сара ещё… в общем, кошмар, а не человек.
Таких очень много.
Меня капельку смутила в книге лёгкая поволока странной непристойности в отношении Эдуарда к Оливье, но я предпочла их игнорировать. Поволока всё-таки лёгкая.
Сам Эдуард великолепен. Мне нравятся его настрой, рассуждения, стиль. Его работа над книгой.
В сюжете действительно так много всего. И пансионат с внутренними судьбами, и журнал, и светское общество, и граф П. – отличный архетип! – и история Лаперуза с Борисом, и история Луизы с её мужем, и поиски Оливье, и юные фальшивомонетчики в хитрой взрослой схеме, и эти пропадающие письма, и козни, и перспективы на шантаж, и полицейские расследования… И все так перемешалось и логично сплелось, так лаконично и о многом сказало. И главное – для литературы – сказало таким приятным для души и сердца слогом.

Великолепная книга!

Флэшмоб 2018: 15/50.