Тихий Дон. Книги III-IV, размер 130x200 мм

Известный роман Михаила Шолохова в 4-х томах.

Автор
Издательство Эксмо
Серия Библиотека всемирной литературы
Язык русский
Год 2019
ISBN 5-699-13256-2 978-5-699-13256-0 978-5-6991-3256-0
Тираж 5000 экз.
Переплёт твердый, суперобложка
Количество страниц 832
Размер 130x200 мм
Длина 130мм
Ширина 200мм
Высота 45мм
Объём 1
Количество томов 1
Формат 84x108/32 (130x200 мм)
465
История цены:
Средний отзыв:
4.3
* * * * *
Тихий Дон. Книги III-IV
5 5
* * * * *

Подводя итоги уходящего читательского года, навожу порядок в прочитанном, дописываю рецензии, в случае "Тихого Дона" просто объединяю потомные рецензии в одну.

В очередной раз убеждаюсь, что нельзя такие масштабные и многоуровневые произведения ("Война и мир", "Тихий Дон", практически весь Достоевский) оставлять на откуп школьной программе. Или делать это, беря с деток кровную клятву перечитать книгу в зрелом возрасте:) Меня лень миловала, "Тихий Дон", в отличие от "Войны и мира" не читала, а представление о содержании заимствовала из одноимённого фильма. И слава Богу! Могу насладиться книгой в полном объёме.

Я не буду останавливаться на языке и красоте текста - об этом уже было сказано многократно, это либо любовь с первых строк, либо непреодолимое отторжение. И не буду описывать перипетии сюжета - Википедия вам в помощь. Поделюсь своими открытиями относительно этого романа, точнее первого его тома.

Это не история любви Григория и Аксиньи. Первый том дает нам лишь набросок их отношений, и для меня, честно говоря, они стали некоей фоновой зарисовкой. Куда больше меня впечатлила и поразила другая пара, выкованная в самые чёрные для человеческих отношений времена, - Анна и Бунчук. Она - еврейка, революционерка-пулемётчица, он - прошедший войну, убеждённый революционер, едва не сломавшийся на "чистке грязи" в должности коменданта трибунала, читай палача революции. Их короткая любовь, отношение друг к другу, её гибель, его расстрел (ниже цитата о его к нему отношению) остались для меня главной любовной темой первого тома. И даже отвлеченно-наблюдательное описание их отношений помогло мне ощутить надрыв и боль в их, в общем-то ничем, кроме войны, не обременённой связи.

Он готовился к смерти, как к невеселому отдыху после горького и страдного пути, когда усталость так велика, так ноет тело, что волновать уже ничто не в состоянии.

Это лучшее, что я читала, о деградации на войне. Воистину, человек - одно из мерзотнейших животных, способных убивать себе подобных не из чувства голода, а "по убеждениям".

Животную без потребы нельзя губить – телка, скажем, или ишо что, – а человека унистожай. Поганый он, человек… Нечисть, смердит на земле, живет вроде гриба-поганки.

Насколько правдивы, настолько и чудовищны страницы с описаниями зверств гражданской войны с обеих сторон, убийства из давней ненависти и вражды, казни по праву сильного - не ожидала я такой боли от романа. Причем бои первой мировой, даже описание первого опыта убийства себе подобного не оставили у меня такого глубокого впечатления, как результаты столкновений братьев с братьями.

Столкнулись на поле смерти люди, еще не успевшие наломать рук на уничтожении себе подобных, в объявшем их животном ужасе натыкались, сшибались, наносили слепые удары, уродовали себя и лошадей и разбежались, вспугнутые выстрелом, убившим человека, разъехались, нравственно искалеченные.
Это назвали подвигом.

Это жизнеутверждающая книга. Несмотря ни на что! Это настроение веры в будущее создаётся неторопливыми зарисовками быта, природы. Они вроде как вторичны и не несут смысловой или сюжетной нагрузки, но именно они создают это настроение - жизнь всё лечит. А последние страницы об упокоении Валета так прямо об этом. Или две строки ниже.

Стекали неторопливые годы.
Старое, как водится, старилось; молодое росло зеленями.

Сильнейшая книга!

Ни одно из моих открытий относительно первого тома не оказалось ошибочным - это действительно не книга о любви Григория и Аксиньи, это лучшее произведение о деградации человека на войне и это действительно жизнеутверждающая книга. Почему же я споткнулась о второй том, точнее о третью книгу романа?

Для меня в нем оказалось слишком много правды, такой в которую не хочешь верить и не можешь не верить. Война, сути которой никто не понимает, метания от белых к красным и обратно в поисках лучшей доли, ненависть к брату, соседу, отцу, мужу. Постоянный страх за любимых. И вырабатываемая привычность к смерти, которая уже не пугает, не шокирует, а только иногда требует обоснования, чтобы совесть не заела.

Теперь ему уже казалось, что извечно не было в ней такой правды, под крылом которой мог бы посогреться всякий, и, до края озлобленный, он думал: у каждого своя правда, своя борозда. За кусок хлеба, за делянку земли, за право на жизнь всегда боролись люди и будут бороться, пока светит им солнце, пока теплая сочится по жилам кровь. Надо биться с тем, кто хочет отнять жизнь, право на нее; надо биться крепко, не качаясь, – как в стенке, – а накал ненависти, твердость даст борьба. Надо только не взнуздывать чувств, дать простор им, как бешенству, – и все.

Из новых открытий, меня впечатлила очень незаметно прописанная линия эмоционального взросления Григория, которая, наверное, с оглядкой на обстоятельства применима к мужчинам вообще. Она выписана очень тонко, между строк, проглядывает в изменяющемся отношении к детям, в воспоминаниях о Наталье, в любви к Аксинье, в поиске мира внутри себя и с окружающими, с тем же Кошевым, который ещё "не повзрослел".

Очевидно (во всяком случае с точки зрения незнающего читателя) - это энциклопедия жизни и быта казачества, как отдельного целостного этноса, не идентифицирующего себя ни с крестьянством (мужиками), ни с рабочими, живущего по своим законам, со своими представлении о воле и чести, прямо скажем, далёкими от современных стандартов. Лично мне было интересно читать о женщинах, таких разных, но, в целом, скорее несчастных - Наталья, Дарья, Аксинья, Дуняша; и об отношении казаков к женщинам, смеси свободных нравов, права "жалмерок" на любовь в отсутствие мужа, и будничными побоями "смертным боем"; смеси страха и восхищения в словах ниже.

Я зараз так думаю, что нету на белом свете ничего хуже баб! Это – такое крапивное семя… это, братец ты мой, у Бога самая плохая выдумка – бабы! Я бы их, чертей вредных, всех до одной перевел, чтобы они и не маячили на свете!

И конечно всё тот же лейтмотив - жизнь всё победит!

Великая книга (для меня), вовремя прочитанная! Нельзя читать её тем, кто не имеет детей, кто не испытал размолвок с близкими, невозможно прочувствовать, насколько живы переживания и метания героев, не столкнувшись с чем-то подобным в жизни!

Тихий Дон. Книги III-IV
2 5
* * * * *

"Война и мир"? Проще простого!
"Моби Дик", "Улисс"? Со скрипом, но осилила.
А вот эта книга мне никак не дается, я уже 4 года пытаюсь ее прочитать, читала на даче, и 2 года засыпала на 48 странице, 2 года у меня бедные Григорий и Аксинья прятались в стогу от дождя. Взяла электронку в Кралево, да, есть продвижение, но для этого только аудиоверсия нужна.
Книга нереально заковыриста, скучна, слишком много второстепенных героев, и основная проблема - язык. Кого-то раздражают матерные выражения в книгах, а я могу спокойно прочитать хоть десятиэтажный мат, но ужасную селяцкую безграмотность читать не могу. Столько диалектизмов никогда не видела, герои изъясняются словами типа "надысь", "таперича", "туды", "сюды", понимаю, что они все безграмотные казаки, но это все так сложно читать человеку с высшим образованием.
История сама в принципе интересная, хотя читаю медленно (но вряд ли дочитаю), очень жаль Наталью как женщину и я полностью сочувствую ей, но если бы было изложено более грамотным языком, то осилила бы точно.

Тихий Дон. Книги III-IV
5 5
* * * * *

Что же приходит нам на ум, когда мы слышим "Тихий Дон"? Для большинства людей это произведение ассоциируется с чем - то мучительно долгим, скучным и неинтересным, а прочтение сего творения приравнивается к чему - то нереальному и сверхъестественному. Конечно же, этот стереотип отчасти правдив, потому что произведение действительно очень объёмное и дастся далеко не каждому.

Но Я твёрдо решила подойти к данному роману с другой стороны, забыв всё то, что слышала о нём раньше. Лично для меня "Тихий Дон" (само название) ассоциируется с чем - то умиротворённым, спокойным, родным и таким счастливым. И вот представьте, как в это самое родное приходит страшная война. Это слово знакомо каждому с детства, но мы никогда не сможем узнать его по - настоящему, пока не столкнёмся с ним вживую.

Цитата, которую Вы можете найти на страницах третьей книги, как нельзя лучше описывает основную мысль произведения:

«Для них было все равно, кто бы ни правил страной, - Краснов ли, немцы ли, или большевики, - лишь бы конец.»


Да. Только бы положить конец этой ужасной войне. И плевать, «красные», «белые» или ещё кто – то, просто хочется мирного неба над головой, да любимую семью рядышком. И не зря главным героем романа стал именно Григорий Мелехов. Он простой человек, запутавшийся и не понимающий, кто прав, а кто виноват. Он искренне не может принять и понять, как можно идти против людей, которых знаешь с детства. Как такое возможно? Во что превращает людей эта страшная вещь война?

Вы только вдумайтесь! На примере одной семьи прекрасно видно, насколько пагубно влияние этой всепоглощающей мощи зверских расправ. А таких семей было тысячи!

Шолохов познакомил нас с этой масштабной историей, с её героями, с горем, счастьем, с разлукой и прощением. Нельзя сказать, что вот этот герой – плохой, а вон тот – хороший, нет. Здесь нет плохих и хороших, здесь есть люди. И Ты понимаешь это на протяжении всего прочтения. Раскрытие персонажей здесь просто восхитительное! Каждому есть чем посочувствовать.

В заключение, хочется отметить, что роман целиком и полностью оправдывает эту приставку "эпопея". В книге затронуто большинство сторон человеческой жизни, завёрнут сюжет так, что вряд ли кто-либо сможет заскучать, перелистывая страницы этой книги. И диву даёшься, что книгу начал писать юный двадцатилетний Михаил Шолохов.

Тихий Дон. Книги III-IV
5 5
* * * * *

То, что книга грандиозная, было понятно с самого начала, но, честно говоря, все равно не ожидала такого масштаба. Я вообще неуч во многих отраслях знания, в том числе в истории, так что приятно было узнать столько нового о том времени и навести в отдельно взятом ящике в голове относительный порядок.
История Мелехова заинтересовала с самого начала, тем более знакомые прочитавшие не были согласны в своем отношении и к персонажу, и к ситуации, в которой он оказался, - это еще сильнее побуждало разобраться. Вообще в книге отдельные судьбы прописаны великолепно, некоторые эпизоды просто наразрыв. И это то, что понравилось в книге больше всего, чем она подкупила и чем удивила.
Если честно, поначалу очень тяжко было с "войной" - особенно второй том, который вообще большей частью из "войны" состоит, и я загрустила. Но к третьему судьбы отдельных людей и "война" соединились, ее ход стал важен для судьбы отдельных персонажей, и я перестала скучать.
То же и с пейзажами. Но с ними сроднилась быстрее. Интересно, что, кроме обычных функций - передать настроение героя, противопоставить войне мирное устроение природы, - здесь пейзажи еще как бы отсчитывают время: весна, лето, осень, зима - прошел год, еще один, еще один; и постоянная присказка "а сеять некому" звучит все более и более трагично.
Ну и еще, думала, что книжка будет сильно советская, т.е. будет восхваление советской власти, ругательное ругательство белых и т.п. Но ничего этого не увидела. От слова совсем. Просто показано, как это страшно - гражданская война, как страшно для человека оказаться в этом колесе, и очевидно, что никто от этого не выигрывает, судьбы людей - и той стороны, и этой, и тех, кто пытался остаться в стороне, - оказались изуродованы.

Тихий Дон. Книги III-IV
5 5
* * * * *

Как правило, очень объемные произведения на деле оказываются полупустыми, с тонущими в воде буквами и знаками препинания — не то что событиями. Шолохову же удалось создать насыщенное произведение — и по культуре донского казачества, и по политическим взглядам того времени, и в особенности по чувствам людей. От корки до корки. Нет ни одной скучной главы, чесслово.
Особенность Шолохова в том, что он жесткие сцены (насилие, кровь и пр.) описывает с такими омерзительными подробностями, но так художественно, что тошно становится. Я была потрясена и даже в конце пустила скупую женскую слезу. Детям и впечатлительным барышням не читать.

Тихий Дон. Книги III-IV
3 5
* * * * *

Вот, наконец, я его одолел. Утомила меня сия эпопея. Удивление вызывает то, каким образом роман вообще напечатали в сталинские времена. Ведь большевики, красноармейцы (впрочем, как и белые и различные повстанцы) в нём показаны без прикрас, без пропагандизма. Думаю, главное достоинство произведения — правдивость. В водовороте событий, в который была втянута страна, и донское казачество в частности, искать правых и виноватых — занятие архисложное и даже неблагодарное. Да, историю пишут победители, но жизнь — не страницы учебника по истории, в жизни у каждого своя правда, своё понимание, своё видение. Особенно в период слома эпох, грандиозных социальных изменений. На этом неразрешимом противоречии разных правд, идеологий, стремлений и построен «Тихой Дон».

Война — центральная ось романа. Показана она суховато, без прикрас и геройства. Куда яснее она проявляется в образах героев романа. Война — независимо от того, за что и за кого воюешь — приносит лишь смерть, лишения, горе, опустошение душ и навечно травмированные судьбы. И семья Мелеховых хоть и выдуманная — хрестоматийный образец того, что несёт война народу и каковы её последствия.

И всё же, кажется, более всего в романе выпирает на первый план любовь. В том числе и плотская. Ей уделено немало места. И почему-то кажется, что это самый откровенный в отношении интима роман советской эпохи (из официально одобряемых). Думается, автор хотел этим сказать, что война войной, но человеческое всегда берёт своё. И в войну тоже рождаются дети.

Ничего плохого о романе сказать не могу. Однако вынужден констатировать — это не моя литература. Я люблю монументальность, но в «Тихом Доне» она оказалось не в той пропорции, какой бы хотелось бы. Местами было скучно и откровенно неинтересно. Иными словами, умом признаю величие романа, но это не та вещь, к которой буду возвращаться. Не жалею, что прочитал его, но честно скажу — с нетерпением ждал окончания романа. А завершив чтение, вздохнул с облегчением.